Снова замолчали. После паузы Андрей сказал:
— Ну хорошо, ты мне не веришь. Это твое право. Я, если уж начистоту, и сам себе не особо верю. Бред какой-то! Но чем ты все-таки объяснишь, что я знаю про Кричи-не-кричи, про количество трупов и способ убийства?
— А действительно, откуда ты знаешь? Андрей курил, молчал, смотрел сквозь голубоватое облачко дыма с легким прищуром.
— Хорошо, — сказал, поднимаясь, Никита. — Извини, я пойду, времени у меня совсем мало. А к тебе я заходил напомнить: Палыч на свободе. Я не знаю, когда сумею его упаковать.
Но ты, Андрюха, будь поосторожней. Лучше всего, если сможешь уехать на недельку-другую. Есть куда?
— О, Никита, у меня домов, как у зайца теремов.
Кудасов посмотрел на Андрея испытующе.
— Ладно. А то смотри — помогу.
— Да на меня уже лимит смертный весь выбран. Я теперь почти что бессмертный.
— Вот именно — почти, — сказал подполковник, надевая куртку в прихожей. Голос его звучал угрюмо и как будто издалека.
— Ты извини, старик, — негромко пробормотал Обнорский.
— Все, что я тебе сказал, — истинная правда.
Он поколебался немного и добавил:
— К убийству бойцов в Кричи-не-кричи причастны кавказцы. Хочешь — верь, хочешь — плюнь и забудь.
— Какие кавказцы? — автоматически произнес опер.
— Не знаю. Но мне… мне послышались реплики на языке, напоминающем кавказскую группу. Ну, в смысле во время прозрения.
Кудасов не ответил и взялся за ручку двери. Бред все-таки, подумал он.
— Никита, — позвал Андрей.
— А?
— Слушай, а что ты знаешь про Нижний Тагил?
— Про Нижний Тагил? — удивленно обернулся подполковник.
— А что про него надо знать?
— Да нет, — смутился Андрей. — Я так просто… к слову.
— Нижний Тагил он и есть Нижний Тагил. Зона там красная. Ментовская зона.
Кудасов спускался по лестнице, что-то зло бормотал себе под нос и качал головой. Он резко хлопнул дверцей машины и рванул с места. Когда он отъехал метров на двести, навстречу попался автомобиль службы наружного наблюдения. Интересно, подумал Никита, кого это наружка здесь выпасает?
А серая копейка службы НН остановилась неподалеку от дома Андрея Обнорского.
Один из разведчиков сразу перебрался на заднее сиденье, укрылся стареньким пледом и уснул. Работа разведчиков наружки требует выносливости, огромного терпения и умения расслабляться. Объект — парень шустрый, но не профессионал, — сказал полковник Тихорецкий. — Справитесь без труда, одним экипажем.
В эти дни наружка работала с двойной нагрузкой. Людей остро не хватало.
