– Вот сейчас кликну охрану, вам за хулиганство срок дадут, – пригрозила она. – Закрыто. До завтра.
– Конец рабочего дня через двадцать пять минут, – возразила я."
"– Уже восемь десять! – заорала администратор.
Я показала на большие часы, висевшие у лифта.
– Девятнадцать тридцать пять.
– Они стоят!
– Стрелка прыгает.
Тетка стала набирать в грудь воздух.
Я выхватила из сумочки фальшивое удостоверение и сунула его гарпии под нос.
– Оперативная необходимость. В случае отказа дать информацию вас привлекут к ответственности как лицо, мешающее поимке опасного преступника.
Сюда недавно привезли Маргариту Ермакову. Где находится больная?
– Охамели совсем, – забормотала тетка, – думают, полиции все можно. В токсикологии она. Лечащий врач Максимов Антон Львович, теперь ему в морду своими корочками тычьте.
Мы с Эвелиной ринулись к лифту.
* * *В коридоре у двери с ярко светящейся надисью «Вход воспрещен» маялся мужчина в сером костюме. Моя рука уже легла на звонок, но незнакомец остановил меня.
– Там один врач, обещал скоро выйти. Только я первым сюда пришел, вам подождать придется.
Эвелина открыла было рот, и тут из отделения выскочил высокий парень в зеленой хирургической пижаме. Мужик кинулся к нему.
– Доктор? Ну как?
– Желудок промыли, состояние стабильное, – бормотнул эскулап.
Я вытащила свое фейковое удостоверение.
– Вы Антон Львович Максимов?
– И что? – вопросом ответил токсиколог.
– Сюда недавно привезли Маргариту Ермакову. Что с ней? – напала я на доктора.
– Ну и ну, – удивился он, – впервые вижу, чтобы полиция на хвосте «Скорой» прикатывала. Кто такая эта Ермакова, что вы столь бешеную скорость развили?
Я мгновенно нашла правильный ответ:
– Это тайна следствия.
Максимов усмехнулся.
– А у меня врачебная тайна. Тащите ордер, тогда и погутарим. О’кей?
Я спрятала бордовую книжечку.
– Антон Львович, не сердитесь, мы близкие подруги. Что с Ритой? Она обещала с нами встретиться, не пришла, мы узнали случайно про сердечный приступ.
Доктор сделал шаг в сторону.
– Уважаемые подружки-полицейские, на основании статьи тринадцатой Федерального закона об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации я не вправе сообщать сведения, составляющие врачебную тайну, посторонним. О’кей?
– О’кей, – сердито подхватила Эвелина. – Но вот этому мужчине вы спокойно разболтали о промывании желудка.
У врача дернулось веко.
– Он муж Ермаковой, привез ее по «Скорой».
– Муж? – хором воскликнули мы с Линой.
