– В этом нет необходимости, и продумайте вопрос: как доставить меня во Владивосток.
– У меня есть ответ: вплавь, брассом. От тебя ничего не зависит, запомни это, сынок. Как тебе скажут, так и сделаешь.
– Не пытайтесь меня оскорбить!
– Я – не оскорбляю, я констатирую факт: Япония не готова воевать с СССР. До тебя это еще не дошло. Жаль, что тебя не было дома. Было бы меньше проблем. Четыре человека могут пройти на борт. У меня – всё. И поторапливайтесь, иначе мы продолжим. – я развернулся и пошел в машине. Переводчик и старшина еще немного постояли, к ним подошли четыре человека, Чичерина я уже посадил на его место.
Они сели, и мы взлетели, следом взлетел ведомый, потом спасатель и последним отделился его ведомый. Все в порядке, но разозлился я… Словами не передать.
Назад летели муторно и долго, зато узнал, что броненосец «Акаси» нашел свой приют в Японском море. Это его повредили вчера. До Японии он не дошел. Новостью этой поделился адмирал Того.
Лодка – это не «ГТ-4», надо бы их модернизировать, хотя бы автопилот поставить! И полугирокомпас.
Оставить кабину здесь можно, передав управление штурману, второго пилота нет, но у штурмана есть педали, а штурвал передается, как на «Ju-88». Именно этот борт делался для Николая II, и напоминает его спальные вагоны: пассажир имеет право отделиться от «прохода». Но в этом полете двери заблокированы, чтобы видеть: кто чем занимается. Из-за непогоды я вышел из кабины всего один раз: пообедать. Вся нагрузка пала на Чичерина и Востокова. Фактически Чичерин не слишком был в курсе операции, а я не рвался с ним делиться, так как узнал, что «ночные бдения» – это и его рук дело.
За обедом он у меня спросил: почему не взяли на борт принца и зачем я оскорбил его.
– А вы в курсе, что на всем Северном Сахалине людей меньше, чем на южном?
– И что?
– Мне партизанская война совершенно не нужна. Поймите правильно: нам сейчас дать сахалинцам нечего: у нас кто-нибудь изготавливает малогабаритные горизонтальные турбины для горных рек? С генераторами и трансформаторами? Максимум того, что можно поставить, это патроны к трехлинейке, да муку.
Все остальное край будет вынужден закупать в Японии. Больше негде. Из Корсакова до Токио всего 1500 километров, а до Москвы – 11 тысяч. Чисто за счет транспортных накладок японские товары будут дешевле. Это вы понимаете?
– Для чего Вы это мне рассказываете?"
"– Мы хотим остановить ползущую оккупацию этих земель. Установить четкую политическую и экономическую границу.
