Созданы полугосударственные монополии, проведена индустриализация страны, появились университеты, не хуже, чем в Европе и Америке. Уклад жизни не слишком поменялся, но сменилось вооружение, и в Азии появился капиталистический хищник, прикормленный британским львом. Не стало Кореи, которую не успела захватить ни одна европейская страна, утоплены две тихоокеанские эскадры России, а в самой стране разразилась первая революция, на деньги Великобритании и Японии, при активной поддержке этих проблем в Москве со стороны США.
Сейчас, мало того, что операцию против России не поддерживает оппозиция, в лице партии Кэнсэйкай, опирающейся на торгово-промышленные круги, так и флот несколько «огорчился» резким перераспределением средств в пользу Квантунской армии. К сожалению, остался жив принц Мити, будущий император «эпохи Сёва», и его младший брат, они проживали в Киото, учились в университете."
"Во Владимировке мы оказались только вечером, пришлось садиться дважды: возле японского отряда и на 50-й параллели, на границе.
Товарищ Востоков помогал мне с переводом, он слушал то, что говорил бывший губернатор. В принципе, он не слишком сильно отклонялся от темы, но уповал, что они вернутся на «Северные территории». Угу, как жо! Прям так сразу. Батальон сложил оружие в сани и пешим порядком отправился обратно на станцию Ханда-са. Топать им далековато, а летающие лодки уже перебрасывают туда ополченцев и десантников в Кетон, где обнаружена небольшая посадочная полоса и реквизированы поезда для воинских перевозок.
На юге с 1908 года действует железная дорога с Капской колеей. После приземления в Воскресенском, нас, уже на автомобиле, привезли на будущую Коммунистическую улицу, дом 41. У входа за ограждение – парный пост десантников с двумя пулеметами. Здание тоже занято ими. Мы прошли в кабинет губернатора. Да, могли бы и аккуратнее обыскивать. Приказал все собрать и сложить нормально. Неожиданно позвонил телефон. Востоков снял трубку, прикрыл рукой микрофон и сказал:
– Токио, сейчас будет говорить премьер-министр Хара Такаси… – и что-то ответил на японском.
Черт возьми! Я его совершенно не понимаю. Вот уж точно не в свои сани не садись!
– Вас! Можете говорить на немецком, французском или английском. – сказал он мне.
– Бонжур, мсье. С кем имею честь?
– Здесь премьер-министр Японии господин Хара Такаси и генро, член Тайного совета, маршал Ямагата.
– Я – вице-адмирал авиации Степан Гирс, народный комиссар Воздушного флота СССР.
