– Я буду… да я уже изменился!
– Вот и расскажи об этом верзилам, пусть порадуются, – посоветовала Лянка и положила трубку. – Так за что выпьем?
– За то… за то, что мы с честью выдержали это маленькое испытание, – торжественно произнесла Наталья Максимовна. – Мы преодолели это! И, как мне кажется, весьма достойно! Да!
– Мам, да какое это испытание? – поморщилась Лянка, заметив хитрых чертиков в глазах у Корнеева.
– Ну неужели кто-то и впрямь когда-то переживал из-за мужиков, ну прямо неудобно, честное слово. Так только, чтобы время убить…
Мама крякнула и уткнулась в фужер.
– А я переживаю, – откровенно призналась Даша. – Мы же столько времени с ним жили, и я… я ему верила. А он… Это очень больно – знать, что тебя предают.
– Что нас не убивает, – умно начала Наталья Максимовна, – то…
– …То будит в нас зверя! – закончил Корнеев. – Давайте выпьем за женщин! За вас!
– Ну вот видите, Дашенька, – перекривилась Лянка. – Всегда найдется мужик, который за вас выпьет. Стоило так убиваться.
Даша посмотрела на Лянку несколько внимательнее и вдруг тряхнула челкой:
– Я тоже научусь быть такой же черствой, как вы, Ляна! Обязательно! Надо как-то научиться быть… бездушной! Я научусь!
– Не вздумай! Ты же не резиновая кукла! – оборвал ее Корнеев.
– Ты и так хороша. Так что – мы пьем?
Пить Лянке сразу расхотелось. Но все же, чтобы не привлекать внимания, она выпила стакан сока.
– Ну вот и все, – поднялась она. – Спасибо за компанию, мне пора.
Она уже надевала в прихожей туфли, когда услышала негромкий вопрос Корнеева:
– А чего она так рано? Может, обиделась?
– Ой, да не переживайте вы так, – успокоила маменька. – Ну обычная беременная женщина, токсикоз, что вы хотите? И потом – ее жених уже сошел с ума от переживаний.
Лянка скрипнула зубами и выскочила за дверь.
