Их можно было подкупить, чтобы они забыли о ребятах раз и навсегда… если бы речь шла только о вечеринке. Но тогда пришлось бы отказываться от урока: риск был слишком велик.
Одна только мысль о том, что сегодня ночью занятие не состоится, причинила Учителю едва ли не физическую боль.
Значит…
Он снова потянулся к спрятанной кисти.
Шаги за дверью стихли. А затем она отворилась – совершенно беззвучно.
В коридоре царил непроглядный мрак. Казалось, его можно было потрогать – таким плотным он выглядел под слабыми лучами свечей.
Царь вздрогнул: голую кожу между брюками и носками влажным языком лизнул холодный воздух. Должно быть, сквозняк.
Свету, которая почему-то даже не подумала вскочить и спрятаться или хотя бы прикрыться чем-нибудь, затрясло крупной дрожью. Сзади донёсся тихий шорох. Покосившись через плечо, Царь увидел, как Полина собирает разбросанное по полу бельё, и мысленно похвалил себя: молодец, правильно выбрал лучшую ученицу – не растерялась.
Вернувшись взглядом к дверям, парень увидел, как в темноте смутно обозначилось движение.
Затем на свет показался высокий стройный мужчина средних лет, чем-то похожий на дворянина конца девятнадцатого века, какими их изображали в учебниках истории. У незнакомца был высокий лоб с залысинами, узкий длинный нос, аккуратные усы и модная клиновидная бородка. Глаза под изогнутыми бровями смотрели на весёлую компанию с холодной насмешкой. Мужчина был одет в странного вида рубашку, походившую на гимнастёрку из старых фильмов о войне, штаны свободного покроя и высокие кожаные сапоги.
При его появлении в мозгу у Царя что-то щёлкнуло. Лицо он узнал сразу, но знание это никак не желало занимать своё место в голове.
– Сидите, – раздался негромкий приятный голос. – Сидите, товарищи.
Мужчина прошёл к столу – Царь повернулся вслед за ним, – взял стул, на котором раньше сидела Света, и, развернув его спинкой к ребятам, опустился на сиденье. Положив руки на поперечину, он некоторое время молча смотрел на друзей, переводя взгляд с одного из них на другого.
На губах, полускрытых усами, играла лёгкая улыбка.
Царю вдруг показалось: глазницы незваного гостя заполнила тьма, а в ней он увидел крохотные огненные искорки. Парень потряс головой, избавляясь от наваждения. Глаза как глаза: живые, весёлые.
Но ведь этого не может быть! Его не может быть здесь!
– Раз уж вы пришли без спросу ко мне в гости, – по-прежнему улыбаясь, сказал мужчина, – полагаю, вам нужно представиться. Так поступают вежливые люди.
