Но они уже так сделали. Тебе тоже стоит их понять и простить за их слабости, так же как сейчас они прощают тебя. Даже Джон.
— А знаешь, мне действительно стало легче немного, — сказал Рома, запуская теперь свои пальцы в мои волосы. — Как хорошо, что у меня есть ты.
— А у меня — ты, — ответила я, уплывая на волнах удовольствия.
Глава 21
Катя"
"Неожиданно Рома, убаюканный моими руками, уснул. А мне не спалось, я решила осторожно выбраться из его рук и спуститься выпить чая.
На кухне я обнаружила сидящую спиной к выходу маму Ромы, её плечи дрожали, а лицо было закрыто руками.
Она плакала.
Как бы она ни храбрилась перед нами, но вся эта ситуация её заставляла переживать очень сильно.
Я налила в стакан воды и села рядом.
— Выпейте воды, — сказала я ей негромко, осторожно взяв женщину за руку. — Надо успокоиться. Вам нельзя так переживать.
Елена подняла на меня заплаканные глаза.
— А как не переживать, если сына могут посадить?
— Ещё ничего не решено, — ответила я. — Выпейте воды.
Она послушно выпила то, что было в стакане, и шумно выдохнула.
— Я читала о подобных делах в интернете, — сказала я. — Очень часто, если потерпевший не имеет претензий, наказание довольно лояльное. А Рома, он… Всё понимает и осознал. Я с ним говорила.
— У него таки вспышки уже были, — утёрла новые слёзы Лена. — В восьмом классе Рома избил одноклассника. Тот потом ушёл из гимназии, а Рому долго таскали по комнатам полиции, он ходил к психологу.
— Рома очень вспыльчивый, — кивнула я. — И сильный, как медведь.
Он не всегда может свою силу контролировать. Ему нужно учиться держать себя в руках и отвечать за свою силу — она способна калечить.
— Да, но я не уверена, что он сможет, — подняла она на меня глаза. — История повторилась… А я так этого боялась. Мы его поэтому и отдали во всевозможные секции — чтобы дурь его выходила, времени и сил не оставалось на скандалы с другими. Но что-то снова пошло не так…
Она комкала в дрожащих пальцах платок. Она очень переживает за Рому, и я испытываю схожие с ее чувствами ощущения.
Я тоже боюсь, что дело может обернуться плохо… Но верю в лучшее.
— Тогда ему тринадцать-четырнадцать, — сказала я. — Психика ещё была нестабильна. Да и сейчас только крепнет. Значит, Роме понадобиться больше времени, чтобы научиться держать себя в узде.
— Я, наверное, мать плохая, и не смогла его воспитать достойно…
— Вы не правы, — покачала я головой. — Характер Ромы не зависит лишь от вас и от воспитания.
