Кроме этой жуткой женщины за меня торговались еще только две местные аристократки, да и то как-то вяло, и Алета. До чего же унизительно! Кто бы мог подумать, что я окажусь в такой ситуации… Вот уж игры богов идут на мой счет, не иначе. В итоге торги выиграла Алета, и я с облегчением вздохнул, но, как оказалось, рано. Эта жабообразная Морель, поняв, что раб ускользает, изменила мнение и решила взять меня третьим мужем. Ужас, меня даже передернуло от омерзения. Я краем глаза взглянул на Алету: может, у нее в рукаве тоже есть козырь? И тут…
– Я беру его в мужья, – сказала она внезапно охрипшим голосом и тоже посмотрела на меня.
А я неверяще уставился на нее и медленно осознавал ситуацию. Неужели все так просто?! Вот сейчас она одной короткой фразой разрешила весь тот клубок моих метаний и проблем с нашим странным обручением и моим желанием удержать ее, при этом не имея возможности вступить с ней в брак. Надеюсь, против такого даже отцу и совету нечего будет возразить. Она, как моя моатти, по логике вещей, имеет все права спасти мою жизнь и свободу так, как сочтет нужным и подобающим ситуации.
Даже то, что она не имеет титула и то, что она не дроу, в данном случае не будет являться веским основанием для оспаривания ее действий. У нее абсолютный карт-бланш, который я дал ей добровольно, принеся клятву на крови и проведя с ней обряд «Шанет моатти». Коли уж и отец и мэтр Линкенкаль теперь в курсе этого, то они тоже не смогут возразить. Останется совет и ковен магов, которым ни в коем случае нельзя знать о том, что я провел этот запрещенный и светлыми, и темными эльфами обряд.
А уж с кем провел – и подавно. Иначе на Алету начнется настоящая охота, желающих найдется предостаточно. Ну а свою порцию порицания и наказания за это я получу сам. Разумеется, наш брак вызовет скандал в правящих домах и бурные дебаты, но, пожалуй, мне на это наплевать. Можно будет ей задним числом дать какой-то подобающий титул и объяснить этот неравный брак тем, что я сделал это по долгу клятвы крови за спасение моей жизни.
Причина не так чтобы убедительная, но хоть что-то. Главное, чтобы никому не пришло в голову сделать меня вдовцом, вновь освободив для династических манипуляций брачными узами."
"Тут распорядительница стала читать обвинения Илмару, а я все еще пытался отойти от потрясения и внезапно свалившейся удачи. Хотелось смеяться от счастья. Вернувшись к реальности, я осознал только конец ее речи, о том, что Илмару тоже грозит казнь, если и для него не найдется жена.
