Эд приковал меня наручниками к цепи. Когда фургон перевернулся, меня подкинуло в воздух, и я сильно ударилась о стену. Позднее я узнала, что у меня сломаны ребра. Наверное, цепь разорвалась от удара, потому что я смогла наконец освободиться. В фургон натекла вода. Мне удалось вылезти через переднее окно, и я пошла через речку вброд. Меня трясло от холода, и я не могла понять, где нахожусь, но потом выбралась на берег и получила сильный удар по голове. Придя в себя, я увидела, что Эд стоит надо мной.
В этот момент слезы, то и дело наворачивавшиеся на глаза, неудержимо потекли по ее щекам.
— Я почувствовала, что меня связали. — Макейди, несмотря на героические усилия, начала всхлипывать. — Я сообразила, что, с тех пор как я шла по воде, прошло довольно много времени. Думаю, я потеряла сознание. Боль была ужасная. Голова отчаянно болела. Я не могла двигаться. Меня жутко знобило, вдобавок я оказалась голой. Тут я увидела инструменты. — Пытаясь успокоиться, Мак глубоко вздохнула. — Он сказал, что сделает мне вскрытие по всем правилам анатомии и обещал нанести смертельные раны в самый последний момент.
Голос у Макейди сорвался, и она прикрыла рот рукой.
— Не хотите немного отдохнуть, мисс Вандеруолл? — спросила судья.
Макейди, не в силах сдержаться, глянула на скамью подсудимых и встретилась глазами с Эдом.
Не смотри на него! Не смотри!
Его бледно-голубые глаза совершенно ничего не выражали. Она не замечала в них ни малейшего намека на чувства, ни тени сострадания.
А затем она увидела, что губы Брауна шевелятся.
— Я виновен, — послышался его тихий голос.
Часть присутствующих, услыхав эти слова, повернулись к нему. Мак едва дышала.
— Я виновен, — чуть слышно повторил Эд и поднялся на ноги. Мак не могла поверить своим ушам. — Я виновен, — в третий раз сказал он, уже громче.
Адвокат Эда, Филип Грэйнджер, вскочил так резко, что его парик сбился набок.
— Я убил их, и других тоже убивал, — объявил Эд оцепеневшей публике. — Я признаю себя виновным во всех совершенных мной убийствах.
О господи! Что происходит?
— Ваша честь, мне необходимо получить некоторые дополнительные сведения. Могу ли я попросить присяжных ненадолго удалиться? — торопливо, но решительно произнес Грэйнджер.
— Присяжные могут покинуть зал, пока их не вызовут.
Что и произошло.
— Ваша честь, могу ли я просить разрешения подойти к скамье подсудимых?
— Разрешение дано.
Обычно спокойный Королевский адвокат поспешил к клиенту.
