Если наметятся какие-то подвижки, ты сможешь узнать о них по нашим каналам связи.
Журналистка опять улыбнулась:
— Но, Энди, мы с тобой оба знаем, что везде, где ты появляешься, происходят всякие истории. А ты всегда появляешься там, где случилось что-то серьезное.
— Лесть тебе не поможет, Пэт, — бросил Энди и, резко повернувшись, зашагал к дому. Пэт осталась у края кордона. Она и не думала уходить. Нюх ее не подвел. Энди Флинн не стал бы обследовать дом в Севен-Хиллз вскоре после побега Эда Брауна, если бы к тому не было чертовски серьезных оснований, и они оба понимали это.
Единственной спасительной отсрочкой в случае с Пэт могло послужить то, что благодаря умению опубликовать скандальную новость, когда о ней еще никто не подозревает, она пользовалась правом на то, что даже ее босс подчас не знал, где она и кого выслеживает. Если еще кому-нибудь удастся разнюхать о происшедшем, моментально примчатся вертолеты агентств новостей, и, значит, все они увидят свои физиономии в утренних новостях.
Энди с облегчением оставил за дверью толпу зевак и следом за констеблем и Махони вошел в дом.
— Привет, Флинн, — поздоровался Сэмпсон, младший детектив группы. Он стоял на верхней площадке лестницы рядом с экспертом, снимавшим отпечатки пальцев. Белые перила покрывала угольная пыль. Черная скоба рамы запачкана специальным составом.
— Кажется, наш парень провел здесь немало времени, — сообщил он. — Здесь повсюду множество о-о-т-ли-и-и-чных отпечатков. Мы их сняли, и анализ, надеюсь, покажет множество совпадений.
Просто замечательно.
Выпал счастливый билет. Наконец-то.
И Сьюзи Харпин в этом замешана. В качестве заложницы или как соучастница?
— Мы нашли отпечатки на кухне, в ванной, в спальнях — повсюду. Наш знакомый пожил здесь некоторое время. Чувствовал себя как дома. Даже вырезал из газет несколько статей о себе, — снимая отпечатки, добавил эксперт.
— Расскажи про руку, — попросил Энди. — Кому она принадлежала?
— О, мы и остальные части тела нашли. Женщина, которая нам позвонила, Лиза Харпин, готова произвести опознание головы.
Она отлично сохранилась. Очень может быть, это голова ее мужа.
— Ее завернули и упаковали, как замороженную индюшку, — уточнил молоденький констебль и откусил заусеницу на пальце."
"— Благодарю! — сказала Махони и тряхнула головой, разметав во все стороны рыжие кудряшки.
— Так жертва… мужчина? — переспросил Энди. В ответ закивали.
— Сначала осмотри подвал, а потом я покажу остальное.
