Свернувшись в огромный клубок, Гора безмолвно смотрел на коротышку полными боли глазами.
Фэн Сяофэн вскинул голову и обернулся с пылающим ненавистью взглядом. Чжоу Цзышу оставался спокойным, как озёрная гладь:
— Он хотел забрать мою жизнь, но его жизнь мне не нужна, — объяснил он, подтянув к себе Чжан Чэнлина. — Пойдём отсюда.
— Постойте!
Вперёд выступил Юй Цюфэн, глава школы Хуашань. Его примеру молча последовали лидеры остальных крупных школ. Юй Цюфэн сложил руки в небрежном приветствии, окатил Чжоу Цзышу неприязненным взглядом и процедил сквозь зубы:
— Незнакомый господин, вот так уводить ребёнка на глазах у всех — это немного непочтительно, не находите? Неужели вы желаете оскорбить собравшихся здесь героев цзянху?
— И каким образом, по мнению главы Хуашань, мне следует поступить? — равнодушно уточнил Чжоу Цзышу.
— Ступайте куда хотите, — предложил Юй Цюфэн, — но сперва заставьте мальчика рассказать, почему на него охотятся убийцы. Имеет ли семья Чжанов отношение к Кристальной броне? Если имеет, то в чьих руках сейчас находится их фрагмент?
Натянуто улыбнувшись, Чжоу Цзышу оглядел ожесточённую и разгневанную толпу с Юй Цюфэном во главе, наклонился к Чжан Чэнлину и поинтересовался:
— Ты знаешь, о чём речь?
Чжан Чэнлин поджал губы и покачал головой.
— Хочешь ответить на его вопросы? — предложил Чжоу Цзышу.
Не говоря ни слова, Чжан Чэнлин вцепился в одежду шифу. Тот кивнул и повернулся к Юй Цюфэну:
— Мастер Юй, видите ли, у вас могут быть вопросы, но мальчик вправе отказаться на них отвечать.
Будет лучше, если наши пути разойдутся здесь и сейчас, и мы попрощаемся друг с другом на неопределённый срок. Вы согласны?
Не дожидаясь ответа, Чжоу Цзышу подтянул к себе Чжан Чэнлина и развернулся, намереваясь покинуть помещение. В этот момент глава школы Цаншань Хуан Даожэнь,[212] стоявший позади Юй Цюфэна, презрительно усмехнулся:
— Этот юнец слишком самонадеян! — и проявил инициативу в создании проблем, бросившись наперерез Чжоу Цзышу.
Жёлтый Даос обладал весьма непритязательной внешностью.
Его яйцевидное, обожжённое солнцем лицо походило на тёмный сморщенный финик или сушёную дыню. Обычно он настолько старательно прятался за элегантным Юй Цюфэном и его неизменным веером, что это оставляло простор для сомнений в истинных намерениях даоса. Сейчас Хуан Даожэнь впервые вышел из тени главы Хуашань и открыто занёс руку для удара. Его атакующий рывок напоминал полёт гигантской картошки.
Чжоу Цзышу ухмыльнулся.
