Курсистки сначала несмело, а потом уже деловито разбрелись между своими «учебными пособиями». Ну да, живой материал, как выразилась потом куратор, гораздо лучше любых фантомов. А то, что неопытная нянька могла и навредить по незнанию… так на то они и приютские.
Я же, бредя мимо колыбелей, вглядывалась в личики. У кого-то гноились глазки, кто-то разевал беззубый рот, ища пустышку или рожок, другие в протестующем жесте задирали ножки, норовя выбраться из пеленок.
Мое внимание привлек малыш, а вернее, малышка.
Очаровательная, с пухлыми щечками, она отчаянно вертела головкой. «Бьянка», — прочла я на карточке, что была вложена в карман на ее люльке. А когда случайно встретилась с крохой взглядом, то поняла — никакую другую не возьму.
— Рейнара Эрлис, вы уже определились? — вернул меня к реальности голос куратора.
— Да, вот она. — Я указала на люльку.
— А вы уверены, что справитесь с вампиром?
Вопрос куратора меня отрезвил.
ГЛАВА 6
Я глянула на кроху. Она улыбалась мне, радостно пуская пузыри.
Малышка была ничуть не похожа на ту трупную отмороженную селедку, с которой у меня ассоциировались вампиры. Нет, это розовощекое создание вызывало исключительно умильные и тискательные чувства.
Моя соседка, что качала соседнюю люльку, посмотрела на меня так, словно я глазами простыла и не вижу, что передо мной пробник монстра, а не дите.
— Да, справлюсь, — ответила, понимая, что хоть эти три с половиной килограмма счастья в люльке и с подвохом, но отказаться — выше моих сил.
Это Рей было восемнадцать, моему телу, а не душе, которая уже давно перешагнула отметку «хочу парня» и уверенно шагала по отрезку «надо бы замуж, как всем», подбираясь к порогу «фиг с ним, с замужем, но детей хочу». А эта хитрая кроха одним взглядом своих васильковых глаз разбередила во мне материнский инстинкт. Тот самый, который в наши дни старательно подменяется карьерным ростом и самореализацией.
— Ну что ж, вы сами того захотели. Тогда эта вампирочка будет и вашим выпускным проектом.
Мой диплом согласно заагукал, задрал ножки вверх, подтягивая их согнутыми к животику, и громко пукнул. А потом сосредоточился, словно писал диссертацию, и я поняла — процесс работы над «проектом» начнется прямо сейчас, с замены пеленок, которые только что обмарала Бьянка.
Так оно и вышло. Впрочем, не я одна приобщилась к «практической части» обучения. Кто-то кормил подопечных из рожка, кто-то промывал глазки, другие меняли пеленки, играли в «ку-ку».
