Излучая искреннюю радость (а ведь злорадная радость — самая честная из всех), прошла под аркой.
Едва я оказалась за пределами магистерии, как из тени кленов, что были посажены впритык к каменной ограде, буквально вытек силуэт. Знакомый такой силуэт.
— Будете сразу убивать или побеседуем?
— А вам никто не говорил, что задавать вопрос вместо приветствия невежливо? — изогнул бровь Дэниэль.
Сегодня передо мной стоял образчик ледяного аристократизма, источавший тепло криокамеры. Сдержанный тон, ледяная маска на лице, снежно-белые манжеты, искусно повязанный шейный платок, камзол, что сидел как влитой, — все в нем настолько выверено, точно и де-таль-но, аж зубы сводит.
Отчего-то сразу припомнилось, что у меня растрепанные косы, на юбке грязь с полигона, да и вообще…
Невольно подумала: «Вот ведь умеет эта шпионистая зараза одним своим видом унизить окружающих». Впрочем, я в долгу не осталась.
— Так же как и отвечать вопросом на вопрос, — вернула я шпильку, здраво рассудив, что если родственничек меня встречает и даже соизволил заговорить, значит, убивать пока не намерен.
Более того, ему что-то нужно. А раз нужно — отчего бы не отыграться за вчерашнее?
— Приятно осознавать, что имеешь дело с человеком, не закованным в рамки этикета. — Он произнес это с такой интонацией, что сразу становилось понятно — смысл вкладывался совсем другой, примерно: что взять с необразованной деревенщины?
— Вы совершенно правы, таким людям легче всего договориться. Допустим, как нам с вами, — поддержала я разговор, невинно хлопая ресницами.
Того, что произошло после моей фразы, я совершенно не ожидала: маска отмороженного истукана исчезла с Дэниэля в мгновение ока. Зато на губах появилась усмешка. Жесткая. Отчасти циничная. Зато настоящая.
— Вы совсем не похожи на ту особу, характеристику которой я читал утром.
— Интересно, — протянула я, в противоречие своим словам разворачиваясь с намерением удалиться, а не выяснять, что же такого занимательного в речах собеседника.
Увы, маневр не удался.
Меня жестко взяли под локоток и развернули:
— Думаю, дорогая родственница, нам с вами не мешало бы прогуляться вместе, чтобы узнать друг друга получше… — Даже не утверждение. Приказ.
— Конечно, дорогой деверь. — Я, напротив, была сама любезность и обходительность. — Единственное, предупрежу вас сразу, чтобы вы в случае чего не тушевались: если я упаду в обморок, то мое тело необходимо доставить по адресу: переулок Травников, двадцать семь бис.
