— Так зачем Вы здесь?
От Орлова медленно отошли до этого стоявшие рядом с ним Долгоруковы и, как я понял, стали ожидать чем закончится этот разговор.
— Мы так и будем стоять в холле? — спросил Орлов.
— С Вашей стороны не вежливо отвечать вопросом на вопрос, — сказал появившейся из гостиной Серек вместе со старейшинами. — Ведь мне даже не нужно быть пророком, чтобы сказать, что тебе и императору снова что-то понадобилось от нас.
— Какая проницательность, — скривившись сказал Орлов. Он достал из кармана пергамент и разложив его показал нам схему дирижабля.
— Я прибыл потому что вот это, — потряс он рисунком, — видели вчера у столицы.
— И что? — спросил я. — Хотите изучить его?
— Да, — не стал отрицать Орлов.
— Три миллиона, — ответил я, заметив сильно удивление Орлова.
— Скооолькоо?
— Вы прекрасно меня слышали. Я готов продать следующий дирижабль императору за три миллиона.
— Но это огромные деньги!
Я не моргая посмотрел на Орлова.
— Неужели императорский род Рюриковичей настолько беден?
— Разумеется, нет.
Однако, прежде чем делать столь дорогую покупку, её нужно осмотреть.
— Я не вижу в этом проблем. Однако на борт дирижабля я разрешаю войти только Вам. Ваши люди останутся снаружи!
— Почему? — спросил разведчик.
— Потому что я так хочу, — пожав плечами ответил я.
Орлов немного подумал после чего спросил.
— Могу я поинтересоваться, что здесь делает графский род Долгоруковых? — перевел он взгляд на Дмитрия Евгеньевича.
Дед усмехнулся и посмотрел на меня.
Заметив моё одобрительное движение головой, ответил.
— Как говорится — мои года, моё богатство. И мы с супругой решили избавиться от первого, оставив последнее.
Орлов с возмущением спросил.
— А кто Вам давал разрешение на это?
Этот вопрос вызвал бурю эмоций на лицах присутствующих. И, наверное, он понял, что задал вопрос не так, как хотел, но было уже поздно.
— Николай, — прошипел дед, — скажи, а что, император хочет, чтобы я быстрее отправился на тот свет?
— Вы неправильно меня поняли!
— Я понял так, как ты и сказал! Передай Александру, что Долгоруковы — свободный род! И мы сами выбираем как нам жить и как умирать! — рассвирепев прокричал дед.
— Уходи отсюда, Николай, — холодным тоном сказала Эмери, преградив дорогу отцу, который уже хотел броситься на разведчика.
Когда дверь за Орловым захлопнулась, я спросил.
— И что это сейчас было?"
"Через десяток секунд ответил Святозар.
