Поэтому прошу тебя, не толкайся!
– А кто во всем виноват? – возмутилась я и уставилась в злые темные глаза. Их синева в сумраке стала чернильной.
– Я виноват! – не стал отрицать Демион. – Тебе от этого легче?
– Нет. – Я мотнула головой и попыталась успокоиться.
Это было непросто. Мы стояли в темном холодном погребе на краю сада. Никто не знал, где мы, и кинутся нас искать вряд ли раньше, чем наступит утро. Нерадостные перспективы.
Папа, конечно, перевернет всю академию вверх дном, чтобы меня найти, но все равно на это понадобится время.
А я, может быть, уже умру тут от голода, жажды, усталости и холода. Так себе картинка будущего вырисовывается.
От подобных мыслей начало потряхивать, и я всхлипнула.
– Касс, ты чего? – изумился Демион. – Перестань.
– Ка-а-ак? А если мы тут останемся навечно? – не сдавалась я.
– Не останемся. В самом крайнем случае, если даже нас не найдут, клетка продержится дня два, не больше…
– Два дня? – На меня напала истерика. – Я не выдержу здесь два дня-а-а! Спасите-е-е меня немедленно!
– Касс?! – Демион отшатнулся и едва не впечатался спиной в прутья клетки.
– Не кричи так! Никто не услышит, а голос сорвешь. Да и меня оглушишь!"
"Успокоиться было сложно, и постоять тихо я смогла лишь минут пять, не дольше. Время тянулось удручающе медленно, паника нарастала, и в итоге я снова начала орать:
– Ну выпустите нас кто-нибудь отсюда!
Вообще, я никогда не страдала боязнью замкнутых пространств или просто никогда не оказывалась заперта где-то по-настоящему. Все комнаты, где меня запирали в качестве наказания, воспринимались временной мерой, а тут я боялась остаться навсегда и разумно мыслить была просто не в состоянии.
Демион не стал слушать мои вопли, не дал пораниться о прутья клетки, просто сжал в объятиях и совершенно неожиданно поцеловал. Труселя возмущенно сжались, заставив меня вздохнуть глубже, попытались щипаться, но больше ничего сделать не смогли.
Губы его были теплыми, несмотря на сырой холод помещения, я захлебнулась очередным криком и обмякла в его руках.
Я слишком долго этого ждала. Наш первый, фальшивый поцелуй на подоконнике пансиона благородных девиц оставил неизгладимое впечатление, но сейчас было еще лучше и слаще. Напор и агрессия сменились нежностью. Этим поцелуем Демион словно успокаивал меня и обещал, что все будет хорошо, и я верила. Закрывала глаза и знала – нас найдут, и мне не грозит опасность, если рядом он.
Когда маг чуть отстранился, я уже была совершенно спокойна и не хотела кричать.
