Записываем: прежде чем работать с материалом, надо убедиться, что на нём нет других заклинаний, способных вступить в конфликт…
— Конфликт через «о»? — спросил меня адепт Соло, старательно записывая мои слова в большую рабочую тетрадь.
Я закатила глаза, но пропустила вопрос подопечного Энни мимо ушей: не до грамотности сейчас. Де Ареон в это время носился между могильными камнями и метко бросался в скелет палками и комьями земли.
— Быстрее, де Савеллина! — рявкнул декан и тут же пропустил меткий удар нежити костлявым кулаком в грудь.
— Вы что, издеваетесь? Скажи им убрать конспекты!
— Фая, помоги ему! — приказала я арахниде. Мой фамильяр с недовольным верещанием отцепился от мантии и побежал раскидывать между камнями прочные клейкие сети.
— Записываем, не зеваем, в противном случае, лекцию допишите очень нескоро, — поторопила я адептов, и они заработали карандашами ещё быстрее. — Кто знает, как можно победить призванную нежить?
Адепты Тисса и де Нава тут же вытянули руку, но их сбивчивые ответы заглушил громкий крик и отчаянная ругань Кристиана.
Я обернулась на вопль и увидела, как по груди де Ареона быстро стекают вниз ручейки алой крови.
— Господин декан! — завопила де Нава и побежала к нему, наплевав на учуявшую запах крови нежить и мои яростные крики. — Я помогу вам!
С этими словами, Лива закрыла глаза и, не целясь, выпустила в сторону скелета луч чистой энергии.
— Твою мать, — выругалась я со стоном.
— Ну почему именно ты всё испортила? Адепты, живо за мной, будете записывать на бегу! Если умертвие после вызова не подвергалось магической атаке, его можно победить только физическим воздействием, чем собственно и занимались декан де Ареон и Фая!
— «Собственно» выделять запятыми? — крикнул мне в спину неугомонный адепт Соло.
— Как хочешь! — бросила я через плечо, добравшись, наконец, до Кристиана и Ливы, намертво вцепившейся в него двумя руками.
— Физическим воздействием победить нежить гораздо проще, чем после любой, даже базовой магической атаки, которую нам любезно продемонстрировала адептка де Нава! — выпалила я, сжимая в руке горячую, как кипяток, подвеску.
Ладонь прожигало насквозь, но я упрямо терпела."
"Сзади раздалось пронзительное верещание. Я обернулась и увидела, как меня подзывает Фая, указывая сразу тремя лапками на прочную сеть между двумя высокими могильными камнями.
