"
"— Подождите, — злость на принципиального до денег Кристиана внезапно отступила на второй план, — то есть вы говорите о том, что отправили де Ареона одного, без подкрепления? А если это ловушка? Что, если он уже угодил в засаду и валяется где-то бездыханный или его пытают, пока мы тут монетки перебираем. Мы же должны работать вместе!
— Дияника, — подал голос Саарон Арч, — извини, но я ещё не получил своё жалование, позволишь, я встряну между вами?
— Да, конечно, — стушевалась я, чувствуя охватывающее меня беспокойство.
Артефактор быстро забрал мешочек, раза в три больше моего по размеру, и, насвистывая мелодию, покинул кабинет ректора. Следом за ним направились Хайт и Энни.
— Алистер, как вы могли? — не скрывая беспокойства за Кристиана спросила я у де Форнама. — Это в крайней степени безрассудно с вашей стороны. Я знаю, что вы недолюбливаете нашего декана, но не настолько, чтобы своими руками посылать его на столь опасное задание. У короля есть более подходящие для этой цели люди, зачем вы так?
— Успокойтесь, Дияника, — резким голосом перебил меня Алистер и демонстративно стукнул кулаком по столу.
Скорчив недовольное лицо, я замолчала. — Де Ареон не маленький мальчик, он взрослый мужчина, который подчиняется непосредственно королю. А раз вы так за него беспокоитесь, то открою маленький секрет: ваш декан нечувствителен к боли, любое физическое воздействие, любые пытки ему как мёртвому припарка. Так что не устраивайте мне тут сцены, идите к себе и долечитесь до конца, вы бледная как сама смерть! Вам бы ещё косу в руки и вперёд на кладбище людей пугать.
И впредь, потрудитесь соблюдать субординацию в общении с руководством! Всё, ступайте, я занят.
Я вышла из кабинета, дрожащей рукой сжимая мешочек с несколькими монетами. Мысли о том, что можно попрощаться с платьем на академический бал, временно уступили место моим опасениям за жизнь и здоровье Кристиана.
Не разбирая дороги, я шла по коридору словно умертвие, ведомое лишь низменными инстинктами. В голове кружились мысли одна другой страшнее: вот декан лежит с перерезанным горлом в подворотне между мусорными баками, глядя в небо стеклянным, застывшим взглядом. А сейчас окровавленный, покрытый колотыми и резаными ранами из последних сил плюёт в лицо Ариаса де Волмана, в то время как его таинственный сообщник продолжает истязать тело де Ареона.
