Улыбнувшись, я указала ему глазами на дорожку, ведущую в кухню, и затем, когда он, поняв намек, оставил нас наедине, я наклонилась и поцеловала мою возлюбленную в губы, надеясь согреть их своим теплом.
– Спасибо, – прошептала я, улыбаясь ее глазам.
Она моргнула в ответ, затем повернулась к огню, свернулась калачиком, превратившись в дрожащий, страдающий комок.
Я не могла видеть ее такой, поэтому легла рядом с ней, прижав ее спину к себе и обняв рукой ее талию, как можно плотнее прижавшись к ней.
Холод ее тела пробивался сквозь мою футболку, и ее дрожь заставляла стучать и мои зубы.
Это было подобно тому, как пытаться сдержать лавину.
Но как бы я ни обнимала ее, в моей памяти прозвучал голос старого учителя, сказавший о том, что лучшим способом борьбы с гипотермией – это контакт кожи с кожей. Слегка отодвинувшись, я сняла футболку и снова прижалась, вздрогнув от прикосновения моего теплого тела с ее ледяной кожей. Я сопротивлялась инстинктивному желанию отпрянуть, еще сильнее прижимаясь к ней, снова обняв ее за талию, нависнув над дорогой мне жизнью, в то время, как сотрясения ее тела проходили через нас обоих.
Прижавшись лбом к ее затылку, я напевала что-то бессмысленное и непонятное, только лишь бы она знала, что я здесь и не уйду никуда. По крайней мере, без нее.
Казалось, что это начало работать, или, может быть, мой мозг говорил что-то, что моему сердцу надо было слышать, так это или нет, но, похоже, что ее спазмы, ее дрожь начали утихать, чем дольше она лежала в моих руках.
Стало ли ее тело немного теплее, или это мое тело настолько закоченело, что я стала хуже чувствовать его?
Так или иначе, я держала ее и готова была делать это вечность, если понадобится.
Руби зашла в комнату в сопровождении доктора. Оба они держали по две кружки в своих руках, а на их лицах было одинаковое выражение. Глаза Руби сузились, когда она увидела, что я лежу под одеялами, прижавшись к Айс, и я клянусь, что увидела, как щелкнул маленький компьютер в ее мозгу и запомнил этот бит новой информации для будущего использования.
В любое другое время я бы почувствовала беспокойство по этому поводу, но при том раскладе, что был сейчас, мне было не до того, что она подумает, пока помогает Айс оправиться. Еще будет время заняться этим вопросом. Позже. Намного позже.
– Как она? – спросил Стив, наклонившись к нам.
– Я не знаю. Мне кажется, ей стало теплее. Но я не уверена.
Он присел рядом на корточки.
– Ну что ж, я сделал свою часть сделки. Вот чай.
