— Мамку хочешь что ли? — спросил Бегемот. — Босс, это… а я тут причем? У тебя же куча служанок и нянек. Им и скажи.
— Ма-ма, — нахмурился Олежек и качнул рогами.
— Босс, блэт, она же может потом Филинову нажаловаться и тот меня огреет, — заспорил котодемон. — Давай сам как-нить, а?
— Ма-ма, — глаза младенца налились синей псионикой, и Бегемот понял, что его попытки были тщетны.
— Ладно-ладно, босс, уже иду искать. Есть хоть наметки где она?
— Ма….
— Понял, нету, — вздохнул котодемон, развернулся и побрёл по замку.
Демону было совершенно плевать на убегающих в испуге служанок — важно было выполнить команду. Толстый котодемон топал по залам, пугая прислугу до полусмерти: служанки визжали, кто-то пытался прятаться за шторами, одна девчушка замерла с пылесосом в руках, побледнев.
— Ма-ма, — проборматала она, побледнев.
— Ага, именно ее и ищу, — кивнул Демон и, обведя взглядом гостиную, двинулся в другую комнату.
Бегемот же, обойдя дворец, никого подходящего на «маму» не нашёл. Вокруг хоть и много блондинок-альвийек, которые нанялись в прислугу, но той самой красивой, самой фигуристой нигде не видно.
Особенно долго он искал на кухне среди колбас и молока, для этого пришлось вселиться в местного котика, чтобы везде попробовать на зуб, но и там не нашлось. После неудачных поисков котодемон вернулся в детскую и развёл лапами в стороны.
— Нету твоей нигде мамки, босс. Уж прости. Почти везде искал. Я пытался и в артефактный замок заглянуть, но там дверь зачарованная, да и задвижка в придачу, а у меня лапки, — грустно закончил Демон.
Олежек, тяжело вздохнув, не стал его ругать. Поиграл немного с котодемоном — потрогал за ухо, почесал за шеей, — а потом вернул его обратно в лампу.
А десять минут спустя к пущей радости малыша в детскую заглянула Лакомка. Альва вошла легко, с сияющей улыбкой, и, увидев довольного малыша, всплеснула руками:
— Ты мой непоседа! — ласково пожурила она. — Ты зачем прислугу пугаешь? Мне пришлось оставить Молодильный сад, чтобы самой проверить, как ты тут.
Хотя с тобой и утром уже виделись!
Олежек радостно замахал руками. Лакомка подошла, подхватила его на руки, легко покачала, нянча, и улыбнулась — тепло и нежно. Он тут же попытался схватить её за золотые волосы, но промахнулся и схватил за цепочку на шее.
Вслед за ней в комнату вошла Лена. Она оглядела картину умиления и хмыкнула:
— Растёт проказник.
— Вот да, — согласилась Лакомка, улыбнувшись. — Отец разрешил ему вызывать Бегемота.
