Кто-то может подумать: а тебя не смущало бы, что легионер-темник мог бы увидеть твою полуголую избранницу? Да только легионеры у меня таким не страдают, они знают, куда можно и нельзя смотреть и на чём не стоит заострять внимание. Я, кстати, тоже не имею привычки пялиться на чужих жён.
А выспался я отменно. Телепаты, строго говоря, любят и поесть, и поспать, многие даже с брюшком ходят, — но я ведь ещё и физик. Высокая выносливость, усиленные обменные процессы. Хоть сейчас иди бегать марафон. А если что, всегда можно подключить геноманта — пусть подправит, докинет сил.
И энергопластыри у меня тоже налеплены, сегодня с утра обновлял. Так что энергии — как у маленького реактора.
Обувшись, выхожу из комнаты и иду по тёмным коридорам дворца. Ловлю на ходу себя на мысли, что дворец всё же древний: холодный камень под ногами, запах сырости и старого дерева, чуть влажный воздух — никуда не денешься. Согревательные руны тут разве что для приличия, а не комфорта. Некроманты, что с них взять.
На кухне не лучше.
Средневековая романтика: огромная печь, закопчённые стены, старые сковородки, развешанные на крюках. Ни тебе холодильника, ни даже магического аналога. Видимо, продукты таскают из погреба. И идти туда ночью разбираться, где и что, откровенно лень.
Вздыхаю. Ладно. Зову Ломтика. Пускай дёрнет кухарок в Невинске. Там у них всё равно утро уже.
Через пару минут передо мной на столе прямо из воздуха появляются несколько горячих бутербродов с плавленым сыром — только что из кухни Невского замка, где есть микроволновки.
Сажусь за стол, уминаю бутерброды. Сыр тянется, плавится, пахнет приятно. Ломтик устраивается под столом, хрумкая утку — у малого как раз завтрак.
Тут в кухню заходит Гюрза. В футболке и спортивных штанах, в кроссовках, волосы растрёпаны. Леди замирает на пороге и, делая вид, будто удивлена до глубины души, застаёт меня:
— Ой, а вас тоже не спится, король Данила⁈
Я почти верю. Почти. Будто леди не держит постоянно ментальное фоновое сканирование и не знала, что я тут.
Мою ментальную матрицу она уже давно изучила, так что почувствовала бы меня за три стены.
Но я ведь сударь и джентльмен. Пожимаю плечами:
— Проголодался. Вы тоже? Не хотите ли бутерброд?
Гюрза подходит, садится напротив. Скептически смотрит на бутерброды, морщит нос:
— Это что за резинка сверху?
— Плавленый сыр, — улыбаюсь, когда леди смотрит на меня как на гурманного извращенца. — Вы сначала попробуйте, потом осуждайте.
