— Ну и что, — заправляет ей кофту в штаны. — Может, ей хочется, чтобы мама…
Ариша в ответ возит пальчиками по шее Аси, поправляя ворот водолазки.
Идиллия.
— Булочка моя, — чмокает несколько раз в переносицу Аришу.
Та довольно жмурится. И мне снова не по себе. Встряхиваюсь, отметая свои страхи. Всё хорошо сейчас! Пусть всем будет хорошо. Я так устал постоянно агонизировать. Что лучше уж совсем ничего не чувствовать, чем снова это.
Вот девочка красивая. Любуйся… Кайфуй… Флиртуй! Имеешь право ты пожить по-человечески или нет?
— Да где же она? Здесь же была.
Может за стенку упала?… — обыскивают поверхность комода.
Ася в обтягивающих молочных штанах и такой же водолазке. Мой взгляд прилипает к аппетитным ягодицам.
— Богдан, нам нужны резинки.
Поперхнувшись, в недоумении застываю. Рука дёргается в карман, пальцы прикасаются к холодной фольге.
— Хвостик сделать, — добавляет Ася.
— А.
Отдергиваю поспешно пальцы из кармана. Ты, Касьянов, про что-то другое, кроме койки можешь думать? Когда она рядом? Теперь — нет.
— Мама! — вскрикивает Ариша, показывая пальцем на пол на упавшую резиночку.
Мы с Синичкой переглядываемся. У меня опять сумбур внутри от того, что в доме начало звучать ""мама"". Это не есть хорошо на данном этапе, потому что не ясно, чем закончится наша эпопея с Асей. Да и она смущается. Какая она мама? Сама ещё девочка.
— Зови лучше Асей, ладно? — прошу дочь.
— Неть. Маму зовут мамой! — недовольно.
Ася собирает волосы Ариши под шапку. Поднимает её на руки.
— Мы готовы.
— Отпусти её, пусть на улицу идёт, жарко.
Ариша, прихватив пластиковую лопату, убегает на улицу.
Снимаю с вешалки розовую шубку и раскрываю её, помогая Асе надеть. Разворачиваю к себе, застегивая пуговицы.
— Я сама прекрасно могу…
— А может, тебе хочется, чтобы я… — смотрю ей в глаза, застёгивая самую верхнюю на горле.
Ныряю руками под шубку, оттягиваю пояс.
Глаза Синички увеличиваются.
— Точно ничего не отморозишь?
— А Вы так каждую няню инспектируете?
— А ты — не каждая.
Не справившись с порывом, за воротник шубки тяну к себе.
Ну как не трогать эту мягкую розовую зайку?! Я слюной захлебнусь! Совершенно невозможно не тискать. Ну моя же…
Мне кажется, я хотел именно такую. Чтобы открытая и наивная, без второго дна. Я за такую могу горы свернуть. А могу и шею.
— Ты мне для чего ""выкаешь""? — шепчу в губы. — Я прекрасно помню, что старше.
— Вы — мой работодатель, — прикусывает настороженно губу.
