Похабненькая. И наверняка неправильная. Так как гусиные яйца меня особенно не впечатляли никогда.
И с горящим лицом, я предано смотрю в глаза Касьянову, умоляя, чтобы он не прочитал мои внезапные мыслишки по горящему от стыда лицу. Но горю я так ярко, что вариантов нет!
Смеясь, подносит к моим губам гусиное сердце.
— Ешь, — всовывает в рот. — Но ход твоих мыслей мне тоже нравится!
Трындец…
— Вкусно? — дергает бровью.
Категорически киваю, не чувствуя вкуса. Синичкина, ты позорница и пошлячка.
— Ну и славно. А то я могу и яичницу приготовить, если…
О, боги!
Глава 9 — Новый год
Богдан
Кусок в горло не лезет.
Хотя голодный. Разглядываю сидящую напротив Асю. Взгляд ловит маленькие прелестные детали.
Как бьётся, на шее венка…
Ключицу, выглядывающую из декольте…
Как двигаются тоненькие пальцы…
Как облизывает губы…
Как двигается горло, когда она пьёт…
Вот так внезапно, неожиданно и неотвратимо в моём мире снова появилась женщина. И мир, усиливая обороты, начинает раскручиваться вокруг неё. Вопреки моим опасениям и здравомыслию.
Атмосфера сгущается, наполняясь желанием. Я забываюсь, теряя в себе границы адекватности.
Потому что…
Вот на этом столе — было бы очень горячо. И на диване, усадить её сверху. И даже на ковре у камина. И в душе. И… И вообще съедать мне сейчас хочется только эти мягкие розовые губы. Нежные, нерешительные… И её смущение. И еще горячий шёпот мне на ухо.
Застывает, поднимая на меня подозрительный взгляд.
— Тебе очень идёт это платье, — пытаюсь немного разрядить.
— Спасибо. Очень красивое.
По телеку идут какие-то новогодние концерты. Играет музыка. Свечи пахнут магнолией. И вообще всё очень круто. Кроме настроения витающей где-то Аси.
— О чем задумалась?
— Я могу у тебя оставить свой альбом? Ну… — пожимает плечами. — Потом заберу.
— Когда — потом?
— Когда всё закончится. Ну эта история с Лобовым. Когда-нибудь же закончится?
— Ты можешь оставить альбом.
Отодвигаю от себя чашку. Сваливаю в гостиную.
Больше всего на свете мне хочется даже не уложить её сейчас.
Это и в сравнение не идёт с тем, как мне хочется ей сказать, что я решу её проблему. Что этой проблемы больше нет. Но я не умею обещать то, что не могу гарантировать. Поэтому я очень сух на обещания и громкие слова. Предпочитаю сначала сделать.
Кручу телефон в руках. Это должен быть блиц-криг. Просто Лобова надо развести! Но он не идиот. Его на слабо не взять. А при любой попытке действовать открыто и в лоб я проиграю.
Меряю шагами комнату.
