— Ты сама как подарочек, детка, — отмахивается Алла Борисовна.
— Нас заждался Аркадий, — многозначительно кивает на дверь Касьянов.
Его тёща отворачивается.
— Разве мы не пригласим на ужин Алл… — обвивая мою шею, запечатывает мой рот.
— С наступающим! — лаконично бросает он и вытаскивает меня за дверь.
Разворачивает к себе.
— В гости ко мне домой приглашаю только я. Тем более — на Новый год. Усвой эти правила на старте.
— На старте чего? Почему Вы мне так грубите?!
— Разве? — взгляд застывает в пространстве.
Задумчиво нахмурившись идёт в сторону фойе.
Обидевшись, молча иду следом.
Не понимает своего счастья — что у него есть близкий человек. Пусть и немного необычный!
— А маме цветов не подалили… — подаёт голос сладкая Булочка.
Касьянов врастает в пол. Я, задумавшись, влетаю в спину этого… нелегкого человека.
— Какие цветы ты любишь? — бросает вопрос в пол-оборота.
— Да не надо мне… — тушуюсь я.
— Если я спрашиваю, ты отвечаешь. Я спросил — надо ли тебе? — раздражённо. — Я другое спросил.
С языка срывается быстрее, чем я успеваю себе объяснить, что я не в той ситуации, чтобы огрызаться.
— В букете у принца таких больше нет.
А на самом деле, я была бы рада любым! Даже пресловутой ромашке. Мне никогда не дарили цветы.
Выдергивает из моих пальцев номерок.
Помогает надеть шубку мне и курточку Арише.
Усадив нас в машину, ставит двери на блокировку и уходит.
Горестно вздыхаю.
— Он хаоший, — убедительно качает головой Булочка. — Селдится.
Конечно, для неё папа самый лучший.
Даже не собираюсь спорить.
— А почему он сердится?
Растопырив пальчики разводит руками. А потом подумав несколько секунд, шепчет.
— Там уклали тебя.
Показывает на здание театра.
— Мм… Я была актрисой?
Булочка кивает.
— Бабушка Алла мне сказала. Секлет! — выпучивает глазюки.
Ну, здорово! Злится на свою жену, а хамит мне. Обнимая Булочку, расстроенно смотрю в окно.
Дверь с моей стороны открывается. На колени мне ложится большой букет роз.
Открываю от неожиданности рот. Аромат тут же заполняет салон.
Касьянов садится за руль. Я вижу только его профиль и руки. Кровь капает с мизинца.
— Вы пальцы прокололи… — растерянно бормочу я.
— Да?.. Черт… Не заметил.
Вытирает руки влажной салфеткой.
— А это мне? — смотрю я на цветы.
— Тебе.
Мне…
Обнимая цветы, прижимаюсь к нежным лепесткам лицом, пряча улыбку.
— Давай их сюда, руки поранишь.
— Нет, — прижимаю их крепче.
— Держи тогда… — протягивает мне свои кожаные перчатки из кармана.
