Кривясь от отвращения, отворачиваюсь, ухожу на кухню.
— Правда.
Доливаю ей молока в горячий чай, как Арише.
Снегурка грустно смотрит в окно, зажав в пальцах конфетку.
И я ловлю ещё один опасный симптом у себя. Мне хочется перевернуть мир, чтобы не было этой вселенской грусти в её глазах.
— Не хочешь чай, иди спать, — злюсь на себя, а рычу на неё.
— Я здесь посижу… — крутит конфетку.
— Быстро спать! — рявкаю я.
Подпрыгивая на месте, оставляет конфету на столе и смывается.
И теперь я, засунув руки в карманы спортивных штанов, смотрю в это чертово окно ровно таким же взглядом.
Но в мою честь никто переворачивать этот мир не станет.
Придётся самому за двоих…
Глава 6 — Венера в Тельце и яблочная романтика
Ася
Прохладный воздух холодит ноздри. Но я почти полностью укутана огромным одеялом. И это очень уютно.
Рядом глубокое равномерное дыхание Питбуля.
Расслабляет… Усыпляет… Хотя, внутреннее чутьё подсказывает, что время уже к обеду.
Но так не хочется возвращаться из снов в этот мир!
А снится мне Богдан.
Во сне он не Питбуль, не мент и не Касьянов. А просто Богдан. И умеет улыбаться. Мне. И не говорит, что я ему не интересна. Говорит что-то другое… От чего щеки мои горят ярким пламенем!
Приоткрываю глаза от тихого шума со стороны кухни.
Если не он там, тогда… Булочка?
Там же газовая плита!
Выбираюсь из-под одеяла, хватаю халат и бегу босиком в кухню. Растерянно застываю под аркой.
Женщина.
Такая… Необычная.
В ярких оранжевых шароварах, тонком светлом свитере. На голове рыжий ёжик.
В ухе массивная серьга в форме хранителя сновидений.
— З-здравствуйте… — шокированно заикаюсь я.
На плите шипит сковорода с оладьями.
— Здравствуйте! — поворачивается на мгновение.
Лет пятидесяти. Модельные очки в толстой тёмной оправе.
— А я как чувствовала… Надо идти! Что-то происходит. Венера в Тельце, знаете ли… Женщина обязательно должна случиться!
Что??
Встряхиваюсь, пытаясь проснуться получше. Потому что тётенька очень уж похожа на гостью из сновидений.
Я же практически голая!
Тяну футболку вниз, пытаясь прикрыть бёдра.
С руки сваливается халат! Подняв, поспешно надеваю его на футболку.
— Садись… Садись, — кивает мне на стул тётенька.
Растерянно присаживаюсь к столу, бросаю взгляд в окно. Там собаки валяют друг друга в снегу. И призывно гавкают.
— А как Вы зашли?
— А я заговор знаю, — многозначительно поднимает она палец вверх. — Никакая собака не тронет, даже если она человек. Пей…
Подставляет мне стакан с молоком.
