То есть… Нет.
Что-то там было в этом тонике. Я даже догадываюсь что. Вот, стерва! Думала сорвать мне башню? Да вот хрен. Я лучше рукоприкладством пар спущу, чем в тебя залезу. Причём, желательно, прикладывать мягкую ладошку моего кролика. Или всего кролика целиком.
Расстегиваю ширинку, вынуждая её засунуть руку внутрь.
— Дан!..
Стук в окно. Синичка взвизгивает. Сжимаю её крепче.
— Сидеть!
— Здесь нельзя парковаться, — приглушенно слышу за закрытым окном.
Иди нахрен, а!
Не глядя, разворачиваю свои корочки, прижимая к стеклу.
Сжимая её руку на себе, двигаю вниз.
""Выстрел в воздух"" снесёт крышу моей тачки, не меньше. И меня это точно не удовлетворит.
— Дан, мы в центре города, — шепчет мне на ухо Синичка. — Мы не можем развлекаться при всех с твоим ""шампанским"".
— Ещё как можем!
— Нас увидят!
— Пусть завидуют… — дёргаю её руку вверх. — Что у меня самая… — задыхаюсь, — вкусная… зайка! Фак! Ещё-ещё…
Ася.
Касьянов гипнотизёр, не иначе! Других объяснений почему я делаю то, что считаю недопустимым не найти.
Но делаю! И мало того, голова моя кружится от каждого его стона, сдавленного шёпота, движений навстречу моим ласкам. Он выключает тумблер отвечающий за любые приличия.
Ловлю его неровное дыхание, шокированно понимая, что останавливаться я не хочу. Мне нравится извлекать из него эти эмоции.
И вот я, позорница, уже не помню про печать, и про центр города, и про то, что это вообще-то скорее пошленько, чем романтично, творить с ним эдакое. Но мои трусики насквозь…
Его светлые остекленевшие от удовольствия глаза отключают всё, кроме самого момента.
Он смещает мою ладонь на головку, и глаза его на мгновение закрываются, тело передёргивает.
Горячо, скользко…
В порыве вжимаюсь в его губы. Его язык агрессивно проникает в мой рот. Рука сжимает меня между бёдер. В нос бьёт знакомый запах. Сжимая мои волосы на затылке, впивается в шею, пониже мочки. И резко втягивая воздух, меня тоже передёргивает от волны острого удовольствия.
Черт-черт-черт…
Начинаю приходить в себя. И сразу же тумблер мой щёлкает обратно.
И печать на месте!
И центр города!
И это всё крайне непристойно!
Волоски на загривке становятся дыбом.
Не нахожу ничего более надёжного, чем спрятаться от его взгляда за поцелуем.
Решительно закрыв глаза, прижимаюсь к губам.
Удерживая меня за лицо, он урча как довольный кот съедает мои губы.
Синичкина, отпусти его член, в конце концов!
Но что делать с выпачканной рукой?!
Помогите.
Я чувствую, как он в моей руке снова наливается.
