Вопросы есть?
Вопросов была тьма, но я понимала, что Лоретт на большую часть из них просто не станет отвечать. Пребывая на «Безымянном», я впервые оценила ту систему образования, которая была внедрена на родном Танорге. Лекторы всегда проводили экзамены и коллоквиумы, чтобы выяснить, насколько аудитория усвоила материал. Куратор курса заботился о каждом студенте и лично интересовался, по какой дисциплине студент собирается писать дипломную работу, предлагал помощь, подбирал литературу и обучающие иллюзии.
У меня было строгое и чёткое расписание, заранее известные даты контрольных, доступ в обширную голотеку и согласованные часы работы на суперкомпьютерах.
В Особом Отделе же никто не спешил меня вводить в курс дела и давать избыточную информацию. Я бы сказала, что для того, чтобы получить минимум необходимой информации, требовалось изрядно постараться. Например, я сама настроила доступ в инфосеть через блок управления каютой, так и не дождавшись пароля ни от робота-уборщика, ни от Элизабет.
Стоит ли вспоминать моё первое расписание, где мне пришлось додумывать, что значат загадочные буквы и цифры? Политика Особого Отдела сводилась к тому, что если агентам требуется какая-либо информация, они должны добыть её сами. Спустя пару недель обучения на «Безымянном» на уроке по расшифровке данных я впервые робко поинтересовалась у преподавателя, а когда, собственно, планируется проверочная. Пожилой миттар окинул меня снисходительным взглядом и ответил:
– Никогда.
Ваш экзамен – это работа, Джерри. Возможно, так случится, что от того, сможете ли вы расшифровать послание или нет, будет зависеть ваша жизнь."
"Эти слова мне настолько врезались в память, что после этого перед сном я специально повторяла все полученные за день знания. Записывать что-либо на электронную бумагу или видеоустройства строжайше запрещалось, а потому тренировкой памяти я теперь занималась каждый вечер. Я училась не ради хороших оценок и одобряющей улыбки родителей, не ради какого-то интереса, который может пропасть через некоторое время, когда предмет изрядно надоест, отнюдь.
Я учила всё наизусть потому, что мне было страшно что-то забыть.
«Возможно, от этого будет зависеть ваша жизнь», – эхом проносилось в голове, и тонкие волоски по всему телу вставали дыбом.
Другим показательным и немного шокирующим для меня стал случай на уроке ботаники.
