– Прошу вас, останьтесь! Неужели вы все еще держите зло на бедного Анатоля? Неужели даже его скоропостижная кончина не примирит вас с ним?
– Полноте, Зинаида Ефремовна! Думать так – ребячество! Что было, то было. Царствие небесное Анатолю! – и он искренне, широко перекрестился.
– А знаете, брат мой не просто умер, его убили! – прошептала Зина и заглянула в глаза адвокату.
– Не может быть! – отшатнулся Желтовский. – Кому понадобилось бы убивать чиновника средней руки, отца пятерых детей?
– А ведь вы знаете, знаете человека, ненавидевшего Толеньку так сильно, чтобы даже убить его! – продолжала Зина, не выпуская локтя собеседника.
Они остановились у ограды кладбища. Пришедшие на похороны разъезжались, кто в своих экипажах, кто на извозчике. Сергей поискал глазами извозчика, которому приказал дождаться его.
– Не имею ни малейшего представления, сударыня, на кого вы намекаете, – сухо ответил Желтовский.
– Вы сами понимаете, что я говорю о нашей гувернантке! – Зина отступила на шаг.
– Розалия Марковна! – изумился Сергей. – Она здесь, в Петербурге?!
– Возможно, – последовал загадочный ответ, и в этот момент к собеседникам подошел высокий белобрысый незнакомец.
– Следователь полиции, Константин Митрофанович Сердюков, – представился он Желтовскому, приподняв шляпу.
Тот слегка поклонился и представился в ответ.
– Господин адвокат, я веду следствие об убийстве господина Боровицкого. И на данном этапе я беседую со всеми людьми, с которыми покойного сводила судьба.
Не соблаговолите ли и вы, сударь, ответить на некоторые мои вопросы?
– А! – кивнул головой адвокат. – Вас уже уведомили о нашей так называемой дуэли? Уж не полагаете ли вы, что я через десять лет решил все же застрелить своего противника?
– Я не сомневаюсь, что вы этого не делали, тем более что покойный принял смерть иным, весьма странным способом. Впрочем, быть может, вы проедете со мной, и мы побеседуем в другой обстановке?
– Стало быть, по вашим словам, выходит, что госпожа Киреева находится в Петербурге? – Желтовский нервно потер руки, сидя напротив следователя в его длинном, узком, как гроб, кабинете.
– Или женщина, чрезвычайно на нее похожая, – уточнил следователь. – В том-то и сложность, что надо опознать эту женщину, удостоверить ее личность с помощью людей, в свое время хорошо знавших Кирееву. Поэтому я и пригласил вас сюда, сударь.
– А прочие члены семьи Боровицких ее узнали?
– Зина утверждает, что это она.
