Мне удалось выкачать из сети гелий, мы перенаправили энергию из всех второстепенных источников, но больше вариантов нет. Еще немного, и придется отключить свет.
Джордан покачал головой.
– Если до этого дойдет, нужно будет опасаться даже не бунта, а чего-то гораздо более масштабного. На нижних палубах начнутся хаос и анархия.
– Вы предпочитаете рухнуть на землю? – сердито глянул с экрана Сэмсон. – Не знаю, понимаете вы это, лейтенант, или нет, но «Улей» умирает. Если мы не справимся, останется только «Арес», а состояние этого ржавого ведра еще хуже, чем у нас.
Мария подняла руку.
– Больно это признавать, Сэмсон, но вы правы.
Толстый инженер вытер лоб и сказал:
– Простите, капитан. Но… – Он замолчал и посмотрел ей прямо в глаза. – Если вы не найдете волшебное место, где можно приземлиться, и нам придется и дальше оставаться в воздухе, мы окажемся перед очень неприятным выбором.
Капитан Эш переглянулась с Джорданом. Его лицо оставалось непроницаемым. Свое мнение он выскажет ей наедине, подальше от чужих ушей.
Слухи в «Улье» распространяются быстро, и ей не хотелось подогревать сплетни и провоцировать всплеск паники.
– Никому ни слова о том, что вы мне сказали, – сказала Мария. – Это приказ.
– Слушаюсь.
Из-за экономии электричества стало темно. Больное горло горело огнем. Капитану Эш казалось, что она чувствует, как раковые клетки пожирают ее изнутри. «Улей» тоже болен чем-то вроде рака – ему не хватает энергии. Сэмсон прав: корабль умирает, и, если Икс не вернется с новыми топливными элементами, вопрос будет не в том, упадут они или нет на искореженную поверхность, а в том, когда это случится – как до того случилось со всеми другими воздушными судами.
Два часа блуждая по мертвому городу, Икс о многом успел подумать. К земле его тянул не только вес штурмовой винтовки, которую он взял из капсулы со снаряжением. Пробираясь через пустыри и поднимаясь на возвышенности, чтобы оглядеть местность, он чувствовал, что на плечи тяжелым грузом легла смерть каждого дайвера из его команды.
Уилл, Родни и Аарон – еще три трупа в груде мертвых тел.
Он почти заставил себя поверить, что это был несчастный случай, но от удара, нанесенного яростью и горем, в душе по-прежнему все кипело. О чем только думает командование?! Выбросить отряд прямо в электрический шторм – страшная ошибка, за которую члены его команды поплатились жизнью. И теперь он тащится по радиоактивной грязи там, где должна была быть зеленая зона.
