Я добираюсь до третьего этажа.
Там расположено небольшое фойе, а затем дверь в конспиративную квартиру.
Я крадусь по фойе, останавливаюсь у двери и оглядываюсь на Марко.
С него капает пот. Он в абсолютном ужасе.
Позади него Ларс держит свой Глок направленным на дверь.
Массимо находится слева от Ларса, чтобы иметь возможность стрелять, не задевая его.
Я поднимаю один палец: Подождите секунду.
Затем протягиваю руку, берусь за ручку двери и медленно поворачиваю ее.
К моему удивлению, она открывается.
Я толкаю ее вперед на пару миллиметров — никакого сопротивления.
Она открыта.
Я смотрю на Ларса, который кивает. Он берет Марко за плечо и оттаскивает его с дороги.
Я смотрю на дверь и сглатываю.
Вот и все.
Иди или умри.
Хочешь быть большим человеком и командовать?
Тогда ты должен быть готов первым войти в дверь.
Я оглядываюсь на Ларса и тихо бормочу.
— Раз… два…
На счет «три» я распахиваю дверь.
Врываюсь в комнату с дробовиком наготове…
И застываю в ужасе.
Первое убийство я совершил в семнадцать лет во время перестрелки с солдатами конкурирующей семьи.
За одиннадцать лет, прошедших с тех пор, я убил еще десяток человек в аналогичных ситуациях. Двое убиты в прошлом месяце во время нападения Турка на наше семейное поместье, и, вероятно, сегодня вечером в гостинице я убил еще одного.
Но все это не подготовило меня к тому, что я вижу сейчас.
Пять человек в квартире, лежат на полу или раскинулись на диванах.
Все они убиты несколькими выстрелами.
Некоторые выглядят так, словно получили по десятку пуль в грудь.
Двое из них ранены в голову так сильно, что их не узнать.
Кровь повсюду: на стенах, на ковре, на мебели.
Все это напоминает бойню.
Единственным источником света в комнате является телевизор, по которому показывают записи с нескольких камер наблюдения, в том числе и с той, что стоит в холле.
Если бы кто-нибудь был жив, он бы обязательно увидел наше появление.
… если бы кто-нибудь был жив.
Я слышу за спиной дыхание Массимо, затем шепот.
— Madonn…
Ларс проскальзывает мимо меня и поворачивает направо, его Глок направлен на кухню.
— Чисто, — шепчет он.
Его действия напоминают, что у меня есть работа.
Я прохожу мимо трупов и по коридору в заднюю часть квартиры.
Пропитанный кровью ковер хлюпает под моими ботинками.
Я проверяю комнату за комнатой."
"Там еще два трупа, и они в еще худшем состоянии, чем те, что лежат в главной комнате.
Я проверяю ванную, шкафы — ничего.
Живых нет.
