Он влил учение в сосуды сердец своих учеников как в новый кувшин, обеспечив таким образом безмолвное увековечение тайн Закона.
Когда для Бодхидхармы настало время покинуть этот мир, он собрал вокруг себя монахов и монахинь ордена и приступил к ним с вопросами относительно понимания того, что они приобрели. Разрешив все трудные вопросы, престарелый архат ушёл в сознание Доктрины. Спустя три года после сообщения о его смерти начал распространяться странный слух. В холмистой местности несколько крестьян видели бодрого старого философа, упорно идущего своим путём по западным горам Китая, решительно направляясь к Индии.
Он шёл босиком, но по какой-то непонятной причине нёс один башмак в руке.
Слухи стали столь многочисленными, что император Китая, желая разрешить этот вопрос, приказал вскрыть гробницу Бодхидхармы. К всеобщему изумлению, могила оказалась пустой, в ней не было ничего, кроме одного башмака, парного тому, что унёс Бодхидхарма. На основании этого рассказа было заявлено, что великий монах дхьяны в действительности никогда не умирал, а, закончив свои труды в Китае, воспользовался трюком со смертью как подходящим методом исчезновения.
Философские смерти такого рода часто встречаются в рассказах об Адептах.
Кобо Дайси, основатель секты сингон
Самым прославленным из буддийских святых Японии был бонза[85] Кукай, более известный под посмертным титулом Кобо Дайси[86]. В 806 году н. э. этот японский жрец, посвящённый китайскими мастерами, основал сингон-сю, или секту истинного слова.
Согласно распространённому преданию, сингон, школа буддизма махаяны, базируется на учениях Будды, обнаруженных мудрецом Нагарджуной, когда он, спустя примерно восемьсот лет после смерти Гаутамы, открыл железную башню в южной Индии.
Кобо Дайси происходил из аристократической семьи и, согласно легендам о его рождении, появился на свет в позе молящегося с соединёнными друг с другом кистями рук и ступнями. Он вступил в жизнь, решив посвятить себя карьере чиновника, к которой готовился, посещая знаменитый университет.
Ещё будучи студентом, он серьёзно заинтересовался конфуцианством, однако это этическое учение оказалось недостаточно глубоким, чтобы удовлетворить его ум. Тогда он обратился к учениям знаменитого китайского мистика Лао-цзы, абстрактные рассуждения которого больше соответствовали врождённым способностям молодого человека.
В возрасте примерно двадцати четырёх лет Кобо Дайси испытал внутреннее озарение.
