Фирмен в изнеможении вздохнул.
- Все это мне известно. Но какова ее система? Что там за лечение?
- Не знаю, сэр, - сказал рободворецкий.
- Какой процент выздоравливающих?
- Сто процентов, - без запинки ответил рободворецкий.
Фирмен припомнил нечто, показавшееся ему странным.
- Постой-ка, - сказал он. - Из Академии никто не возвращается. Так ведь?
- Нет никаких сведений о лицах, которые вышли бы из Академии, после того как очутились в ее стенах, - ответил рободворецкий.
- Почему?
- Не знаю, сэр.
Фирмен смял открытку и бросил в пепельницу. Все это было весьма странно. Академия так хорошо известна, все с ней так свыклись, что никому и в голову не приходит расспрашивать. В его воображении это место всегда рисовалось каким-то расплывчатым пятном, далеким и нереальным. То было заведение, в которое отправляешься, перевалив за цифру ""десять"", так как не хочешь подвергаться лоботомии, топэктомии и прочим операциям, ведущим к необратимой утрате личности.
Но, разумеется, стараешься не думать о том, что можешь перевалить за десять, так как самая эта мысль не что иное, как признание своей душевной неуравновешенности, и потому не размышляешь о том, какой выбор тебе предоставят, если это случится.
Впервые в жизни Фирмен пришел к выводу, что ему не нравится вся система. Придется навести кое-какие справки. Почему из Академии никто не выходит? Почему так мало известно о тамошних методах лечения, если они действительно эффективны на сто процентов?
- Пожалуй, пойду на работу, - сказал Фирмен.
- Приготовь мне что-нибудь на ужин.
- Слушаю, сэр. Всего хорошего, сэр. Спид вскочил с кушетки и проводил его до двери.
Фирмен опустился на колени и погладил лоснящуюся черную голову.
- Нет, парень, ты оставайся дома. Сегодня не придется зарывать в землю кости.
- Спид никогда не зарывает костей, - вмешался рободворецкий.
- Это верно.
Нынешние собаки, так же как их хозяева, не испытывают неуверенности в завтрашнем дне.
Нынче никто не прячет костей.
- Пока.
Он прошмыгнул мимо хозяйской двери и выскочил на улицу.
Фирмен опоздал на работу почти на двадцать минут. Войдя в двери, он позабыл предъявить обследующему механику удостоверение о прохождении испытательного срока. Гигантский стационарный измеритель вменяемости обследовал Фирмена, стрелка скакнула выше семи, зажглись красные сигнальные лампы.
