Уильямс-4 протянул ему пригоршню писем — поздравления от Джейни, теток, дядей и двоюродных братьев с Земли.
— И еще кое-что есть, — сказал Уильямс-4, роясь в своей сумке. — Должно быть кое-что еще. Постойте… Да, вот.
Он протянул Моррисону маленький пакет.
Моррисон поспешно сорвал обертку. Это был подарок от тети Мины, жившей в Нью- Джерси. Он открыл коробку. Там были соленые конфеты — прямо из Атлантик-Сити.
— Говорят, очень вкусно, — сказал Уильямс-4, глядевший через его плечо. — Но не очень уместно в данных обстоятельствах.
Ну, молодой человек, очень жаль, что вам придется умереть в день своего рождения. Самое лучшее, что я могу вам пожелать, — это быстрой и безболезненной кончины.
Робот направился к вихрю.
— Погоди! — крикнул Моррисон. — Не можешь же ты так меня бросить. Я уже много дней ничего не пил. А эти волки…
— Понимаю, — ответил Уильямс-4. — Поверьте, это не доставляет мне никакой радости. Даже у робота есть кое-какие чувства.
— Тогда помоги мне!
— Не могу.
Правила почтового ведомства это категорически запрещают. Я помню, в девяносто седьмом году меня примерно о том же просил Эбнер Лоти. Его тело потом искали три года.
— Но у тебя есть аварийный телефон? — спросил Моррисон.
— Есть. Но я могу им пользоваться только в том случае, если со мной произойдет авария.
— Но ты хоть можешь отнести мое письмо? Срочное письмо?
— Конечно, могу, — ответил робот. — Я для этого и создан. Я даже могу одолжить вам карандаш и бумагу.
Моррисон взял карандаш и бумагу и попытался собраться с мыслями. Если он напишет срочное письмо Максу, тот получит его через несколько часов. Но сколько времени понадобится ему, чтобы сколотить немного денег и послать ему воды и боеприпасы? День, два? Придется что-нибудь придумать, чтобы продержаться…"
"— Я полагаю, у вас есть марка? — сказал робот.
— Нет, — ответил Моррисон. — Но я куплю ее у тебя.
— Прекрасно, ответил робот. Мы только что выпустили новую серию венусборгских треугольных.
Я считаю их большим эстетическим достижением. Они стоят по три доллара штука.
— Хорошо. Очень умеренно. Давай одну.
— Остается решить еще вопрос об оплате.
— Вот! — сказал Моррисон, протягивая роботу кусок золотоносной породы стоимостью тысяч в пять долларов.
Почтальон осмотрел камень и протянул его обратно:
— Извините, но я могу принять только наличные.
— Но это стоит побольше, чем тысяча марок! — сказал Моррисон.
