– Я не собираюсь встретить это великое событие в мягкой постели. Мне не по вкусу скучная, обыкновенная смерть, которая явится ко мне во сне. Я хочу погибнуть в бою!
Блейн кивнул, несмотря на раздражение, и почувствовал сожаление при мысли о собственной прозаической смерти. Погибнуть в автомобильной катастрофе! Как глупо, неинтересно и банально! А каким странным, благородным, мрачным казался выбор Халла. С претензией, конечно, так ведь и вся жизнь в бесконечной Вселенной неживой материи претенциозна. Халл походил на древнего японского самурая, спокойно опускающегося на колени для совершения ритуала харакири, подчеркивая таким образом ценность жизни в самом выборе смерти.
Однако харакири – пассивное восточное признание своего конца, тогда как Халл выбрал чисто западный способ смерти – свирепый, жестокий и ликующий.
Восхитительно! Но в то же время крайне неприятно для человека, еще не собирающегося умирать.
– Я не имею ничего против того, чтобы вы или любой другой человек выбирали способ умереть, – произнес Блейн.
– А вот как быть с теми охотниками, которых вы собираетесь убить? Они не собираются умирать, да и на жизнь после смерти им рассчитывать не приходится.
– Они сами выбрали такую опасную профессию, – пожал плечами Халл. – Как сказал Ницше: им нравится рисковать и играть в кости со смертью. Вы что, Блейн, передумали и отказываетесь от участия в охоте?
– Нет.
– Значит, встретимся в воскресенье.
Блейн направился к двери и взял у дворецкого листок бумаги с указаниями. Выходя, он обернулся.
– Интересно, приходила ли вам в голову одна вещь? – задумчиво спросил он.
– Какая?
– Не может быть, чтобы вы не думали об этом раньше. А вдруг все это – научно обоснованная потусторонняя жизнь, голоса мертвых, духи – всего лишь гигантская мистификация, состряпанная корпорацией «Потусторонняя жизнь» ради наживы?
Халл замер, словно окаменел. Когда он заговорил, в его голосе слышалась ярость.
– Это совершенно исключено. Подобная мысль могла прийти в голову только абсолютно невежественному человеку.
– Возможно. Но представьте, каким дураком вы окажетесь, если это действительно так! До свидания, мистер Халл.
Блейн ушел, радуясь, что сумел вывести из себя этого самодовольного, изысканного мерзавца хотя бы на мгновение; одновременно он испытывал сожаление, что его собственная смерть была такой повседневной и бесцветной.
Глава 16
На следующий день, в субботу, Блейн пошел в контору, где ему дали винтовку, штык, охотничью форму и рюкзак.
