Тут же стали стрелять и остальные солдаты, на самолет обрушился целый свинцовый град. Но никакого вреда штурмовику этот обстрел причинить не мог — как в того же бегемота из пословицы дробью палить. Даже хуже — бегемоту от дроби хоть больно будет, а здесь и того нет."
"А самолет постепенно разгонялся. Когда его нос оказался в нескольких метрах перед солдатами, те порскнули от него в разные стороны — как стая карасей от хищной морды щуки. Дальше на пути самолета были две машины — джип и легкий грузовик.
В грузовике был водитель, и он успел освободить дорогу. В джипе же никого не было и он был отброшен в сторону, как пустая спичечная коробка. Чтобы остановить движение штурмовика, на его пути нужно было поставить как минимум танк — а танка не было. Самолет продолжал ускорять движение.
Сабуров следовал за Скатом. Ему было даже проще — дорога расчищена. Он только видел сквозь пуленепробиваемое стекло кабины вспышки автоматных выстрелов, перекошенные в яростных криках лица людей.
Их можно было понять — чай, не машины угоняли. Но сделать они ничего не могли.
— Андрей, слышишь меня? — раздался в шлемофоне голос Ската.
— Да!
— И я тебя слышу. Отлично! Ну, я начинаю взлет, давай за мной. Только проехать тебе подальше нужно, а то еще в задницу мне влипнешь. Как понял?
— Понял хорошо.
Колеса самолета Ската оторвались от земли, он стал медленно подниматься. Андрей выждал секунд сорок и тоже плавно потянул штурвал на себя — и земля стала уходить вниз.
Внизу продолжали бесноваться солдаты. Один из них, кажется, даже зацепился за самолет. Но удержаться не сумел — и хорошо. Тут не голливудский боевик, забраться внутрь и отбить штурмовик у него едва ли бы вышло.
— Назад посмотри! — снова услышал Андрей голос своего командира. — Сейчас начнется!
И началось! Бомбы, поставленные Скатом на все оставшиеся в ангаре самолеты, сработали одновременно. Строение взлетело на воздух в самом прямом смысле — крыша отделилась от стен и подскочила, подброшенная ударной волной — а точнее, ударными волнами.
Спустя мгновение на месте ангара, на месте наиболее современной, боеспособной, наиболее подготовленной к войне авиатехники бушевало море огня.
— Может, и по другим ангарам вмазать? — предложил Сабуров, чувствуя нарастающий азарт. — Мы же можем! Долбануть ракетами, пока они не опомнились!
— Не стоит, — отозвался Скат. — В остальных ангарах одно старье стоит.
