— Скажешь, — спокойно ответил Скат.
И по интонации, по выражению его лица стало ясно — действительно скажет.
— Первый вопрос. Света жива? Смотри, Бадра, если сейчас не то скажешь, я ведь не сразу тебе следующий вопрос задам. Нет, не сразу. Ты меня еще просить будешь, чтобы я его задал поскорее. — Самым страшным Андрею показалось то, что командир говорил это совершенно спокойно. И как раз это убеждало — так все и будет. Именно так.
Видимо, Бадра тоже это почувствовал.
— Жива, — тихо выговорил он.
И сразу как-то сдулся, опал, словно проткнутый воздушный шарик.
— Где она?
— Не здесь.
— А где?
— У американцев две группы. Ее забрала вторая.
— У второй группы он главный? — Скат вытащил из кармана фотографию Хармфорда и сунул ее абхазу под нос.
— Да…
— Он тебя вербовал или этот? — Скат кивнул на тело «Джона Смита».
— Он.
— Где он сейчас?
— Не знаю…
— Гигла! — громко сказал Скат. — Он твой. У тебя одна минута. Но не убивать.
Барцыц подался вперед.
— Нет!!! — истошно заорал Бадра.
— Не надо! Я все скажу!
— Ну, выкладывай.
— Село Адзмах. Там на дальней от моря окраине двухэтажный дом. Не ошибешься, он там один такой. Вот в нем их база. Но я не уверен, что девушку туда…
— А об этом тебя никто не спрашивает. Сколько там может быть боевиков?
— Двое или трое. Их всего восемь было, но четверых вы уже… — он кивнул на трупы.
— Ясно. А теперь отвечай быстро, не думая. Как ты вышел на нас?
— Арнольд мне сказал…
— Кто?!
— Арнольд.
Ну, вы же только что мне его фотографию показывали.
«Ясно, — подумал Андрей. — Это у Хармфорда прикрытие. Журналистские документы на это имя».
— Понятно, — кивнул Скат. — Так что он тебе сказал?
— Что скоро на меня выйдет Гигла и попросит помощи. Что я должен помощь обещать, но — доложить об этом Арнольду.
Скат поморщился, и Андрей понял почему. Похоже, американцам слишком многое известно. Что ж, так или иначе, а этот раунд они, несмотря на информированность, проиграли.
— А дальше?
— Я доложил. Арнольд приказал вам сказать про взрывчатку и в ловушку заманить.
— На самом деле взрывчатка в тоннеле была?
— Нет. Я ее только сегодня вечером должен был… — абхаз осекся, поняв, что сболтнул лишнее.
Скат улыбнулся — безрадостно, одними губами, в глазах ледяной пленкой застыла тоска.
— Сегодня должен был заложить? Понятно. А где она?
— Еще не привезли.
— Врешь, — спокойно сказал Скат. — Не умеешь врать, а врешь. Зря.
