Но уже через част я обнаружил искомое, и принялся делать заметки о Пестеле, который нахватался радикальных взглядов после военной кампании против Священной Римской Империи, и решил провернуть революцию в родном государстве.
И каково же было моё удивление, когда рядом с заметками о его богослужении появилась фамилия Вальтера!
Имя, фамилия, отчество — всё совпадало!
— Проклятье! — удивился я, читая короткую запись, — Так в том доме его осаждал Пестель!
В записи была метка о самом Вальтере — точнее, о том, что где-то тут же есть книга с записью о нём!
Потратив ещё пару часов, я отыскал толстенный талмуд под кожаной зелёной застёжкой.
Полистав его, обнаружил списки за нужный год.
— Карл-фон-Вальтер… — я провёл пальцем по записи на старорусском языке, который через линзы заботливо корректировала Лиза, — Родился в 1884 году, усадьба Катаринен, Якиманская часть…
В тот же миг, как я прочёл надпись, она вдруг налилась синим светом. Я оторвал руку от книги и…
Не успел ничего сделать.
Мягкое сияние оторвалось от старых букв, и резко рвануло вверх!
— Стоять!
Мои энергожгуты метнулись вслед внезапно появившемуся заклинанию, но не успели его достать — тусклый отблеск мелькнул рядом с высоким окном, просочился сквозь него, и был таков.
— И что это такое было? — пробормотал я, закрывая книгу, — Ох, чувствую, не простое это заклинание…"
"Случившееся заставило меня задуматься. Неизвестное колдовство, по быстрому слинявшее, могло быть чем угодно — хоть усилителем чернил, хоть сигналкой, которая предупредит…
Кого?
Размышляя над этим, я покинул архив, поблагодарил отца-настоятеля и вышел из храма.
На душе было неспокойно.
Я расслабился, потерял бдительность. Окунулся в рутину жизни Марка, и слегка… Забыл о том, что следует соблюдать осторожность.
Да и вообще — забыл о том, кто я на самом деле такой. Слишком… Забытыми оказались ощущения простой жизни. Начало пути, восхождение к силе, неподдельные эмоции, радость побед — и прочее-прочее-прочее…
Всё это доставляло мне удовольствие и поглотило, распылив внимание.
— Нужно быть более собранным…
Дойдя до метро, я отправился в район Якиманки. По пути отыскал карты столицы полуторавековой давности, посмотрел планы застройки — и узнал, что усадьба Вальтеров вот уже больше века как перестроена в Музей меценатов.
Что занятно — фамилия пожирателя нигде не упоминалась, а вот старое название усадьбы — пожалуйста.
К сожалению, попасть внутрь мне не удалось — музей оказался закрыт, и сторож посоветовал прийти завтра.
