Меня не сильно радуют все эти гуляния, но так было надо. Уж извини. Многие относятся к этому серьезно. Иногда лучше соблюсти правила.
— Я все понимаю, — где-то под сердцем сладко сжимается от понимания, что Рустам сейчас показал мне заботу. Он заранее договорился о еде. Запомнил, что мне не удалось поесть на свадьбе. Честно говоря, меня бы вырвало от волнения, если бы даже я оказалась за столом, — Я поем завтра. Сейчас я не голодна. Спасибо.
Садаев ногой подвигает один из стульев ближе к моему и садится. Окидывает меня быстрым, странным взглядом.
— Ты меня дико напрягаешь. Плохо? Болит живот?
— С чего ты это взял? — хмурюсь я, а он хмыкает.
— Ведешь себя странно, не наезжаешь, не возмущаешься. Даже не шутила идиотские шутки. Как с женой Амира.
Я чувствую, как щеки заливает краска. Хватаю пышный оладушек с темными полосочками, словно его жарили на гриле и быстро начинаю жевать, лишь бы никак это не комментировать. Я не знаю, что тогда со мной было. Видимо, временное помутнение. Гормоны.
Эпизод 70
— Твои родители очень хорошие, — признаюсь я, чтобы перевести тему, — я боялась, что все будет не так.
Намного хуже, потому что я дочь Абрамова… и вообще, наши с тобой отношения далеки от идеальных. Их начало.
Я замолкаю, потому что в этот момент у Рустама появляется саркастичная ухмылка.
— Что? — не выдерживаю я.
— Ничего. Ешь.
— Я что-то не знаю, Рустам? — я откладываю в сторону оладушек, внимательно глядя на мужа, — кажется, тебя развеселили мои слова.
— Ты во всем что-то хорошее ищешь, принцесска, — спокойно отвечает Садаев, — тебя явно недолюбили в детстве.
Я не для того говорю, чтобы тебя задеть. Просто не надо так легко верить людям. Рискуешь наколоться потом.
— В каком смысле? Хочешь сказать, что на самом деле я им не понравилась?
Рустам долго смотрит на меня, прежде чем ответить. С каждой секундой его молчания я все больше и больше начинаю сомневаться, что поняла все правильно. Даже появляется на губах горькая усмешка. Я реально так легко доверяю любому человеку, который не пытается меня обидеть или унизить…
— Просто обстоятельства так сложились, чтобы тебя нормально приняли, — поясняет, наконец, он, — в другом случае было бы все сложнее.
Черт. Наверное, так и есть. Я опускаю взгляд на тарелки и возвращаюсь к еде, хотя снова кусок в горло не лезет после этой информации. Свекровь сама ведь намекала… что все неважно, кроме здоровья детей. Они потеряли сына, потеряли внука. Просто пришло время пожить спокойно.
