Черт, значит, не так уж я и плоха?
Я послушно проглатываю вязкое семя и медленно отстраняюсь, но Рустам неожиданно вынуждает меня подняться на ноги, даже не дав секунду перевести дух и вытереться. По моему подобродку размазаны слюни, и вряд ли я выгляжу сейчас особо сексуально.
Я стою на краю кровати, растерянно, одним движением, вытирая себя тыльной стороной кисти, понимая, что я… фактически одного с ним роста так.
Боже, просто невероятно, насколько можно быть здоровым. Это не человек. Это зверь. Создание дьявола.
Чувствую себя тростинкой рядом с ним. Встречаюсь с темным взглядом, который словно кипятком сердце обжигает. Рустам проводит большим пальцем по моим распухшим губам. Потом подхватывает на руки и несет в душ.
Там он включает воду, ставит меня под горячие струи. Я обнимаю себя руками, а он заходит в душевую кабину следом за мной и его торс прочерчивают блестящие дорожки воды. Я жадно гляжу на эту картину. Хочется прижаться ртом и собрать влагу с его тела. Что я и делаю: подаюсь вперед и провожу языком по его груди.
— Ты сегодня в ударе, принцесска, — слышу смешок, — в чем причина?
— Просто ты мне нравишься, — признаюсь я.
Мы вдвоем в душевой кабине, но он занимает большую часть пространства. Мои волосы быстро намокают и тяжелеют, а кожа краснеет от горячей воды. Я прислоняюсь лбом к груди Рустама и обнимаю его. Ладони скользят по мыщцам спины. Как я устала. Постоять бы просто вот так, остановив время, набраться сил.
Нам с ним далеко до любви, но текущее положение дел меня устраивает.
Возможно, во мне что-то сломано. В сексуальной жизни у меня опыта другого нет, поэтому я не знаю, как оно должно быть по-правильному и не могу оценить наши отношения. Но что касается просто морального состояния…. Последний раз я себя так чувствовала только когда жила с бабушкой. Спокойно и под защитой. Бабушка была строгой, но заботилась обо мне. Своеобразно. Рустам тоже делает это по-своему. Или, может, я просто пытаюсь отыскать в нем намеки на хорошее отношение?
Мы молча отмокаем так какое-то время.
До тех пор, пока из-за пара не становится сложно дышать. До тех пор, пока я случайно не прижимаюсь к мужчине бедрами и не чувствую, что он снова возбужден. Я смущенно отлипаю от Рустама, тру ладонями лицо, смывая усталость, полощу быстро рот и отодвигаю дверцу кабинки, чтобы выйти.
В этот момент мою шею обхватывает рука и резко возвращает обратно, впечатывая в стену кабинки. Легко, как куклу. Я испуганно поднимаю взгляд.
