Сносящее крышу, — кошмар увидела? Ты уже проснулась, принцесска. Слышишь?
— Рустам… — с громким всхлипом выдает она, содрогаясь от рыданий, — они ненавидели меня. Господи…
— Кто? — спрашиваю я, в принципе, догадываясь уже, что получу в ответ.
— Мать и отец… Прости, — ее голос ломается, становясь то тише, то, наоборот, взлетая эмоционально вверх. Это до жути играет по нервам. Не она меня бесит. Приводит в ярость причина ее слез, — мне приснился сон о том, что я уже давно забыла.
Они ненавидели меня. Я им мешала. Отец боялся, что я наврежу своему брату, и поэтому сказал отправить меня к бабушке. Прости, я думала, что давно переболела этим, но сейчас мне ужасно больно. Я всегда думала, что смогу изменить их отношение. Даже когда сбежала… глубоко внутри надеялась, что они пожалеют однажды.
Блядь. И что я могу ей сказать? Она продолжает закрываться руками. Слезы уже льются на простынь. Я не могу ей сказать, что, да, ее семья — полная херня.
Она и так это понимает. Дерьмовый способ успокоить. Я вообще не знаю, как успокаивать кого-то. Если есть проблема — ее надо решить. Всё. Но оставлять принцесску давиться слезами и соплями, когда она беременна — нихрена нельзя.
Я поднимаю ее за плечи, укладываю к себе на грудь. Откидываюсь на подушку, поглаживая принцесску по спине, пока она выплакивает все свои кошмары в меня.
Нельзя ее было раздевать перед сном. Тупо думать об этом сейчас, но если у меня встанет — она на всю жизнь обидится.
— Ты их не изменишь, — ровно произношу, чувствуя, как напрягаются все мышцы от ее запаха и обнаженного, горячего тела на мне, — так к детям не относятся. Это полная хрень. В них что-то изначально было сломано.
— Я в курсе, — шепчет она, — я в курсе. Я не смогу изменить. Ничего в них не сломано. Он не мой родной отец. Понимаешь? Только лишь это причина того, что меня ненавидят. Иначе меня бы любили так же, как и брата. Но я ведь не виновата. Я была просто ребенком…
Сюрприз, блядь.
Я растерянно смотрю на часы. Реально половина четвертого ночи. Новости, правда, явно не ночные какие-то. Не настраивают на спокойный сон.
— В каком смысле «он мне не родной отец»? — интересуюсь я, а принцесска громко всхлипывает. Снова.
— В прямом. Он мне сказал, что мать меня нагуляла. Вчера…. а сегодня я вспомнила во сне кое-что. Как они с матерью ругались из-за меня… и она кричала, что он ее сам подложил под какого-то партнера, получив контракт.
