И прикасался к ней своими ручонками, — я едва сдерживаюсь, чтобы не зарычать, представляя как та блондинка будет еще и вещи для близнецов выбирать, — если ты поручишь это той швабре…
Дальше говорить я не могу, потому что дыхание перекрывает странный комок в горле. И убираю телефон от уха, яростно тыкая пальцев в красную трубку, чтобы сбросить вызов. Отбрасываю телефон куда-то в сторону и падаю лицом в подушки, всхлипнув.
Не могу, не могу, не могу. Не могу стать сильной и хладнокровной сразу во всем, и тем более не знаю даже, с какой стороны подступиться к этому человеку.
После новости о том, что я живу в левой квартире, которая как проходной двор, на душе мерзко и горько.
Я вырубаюсь от слез на неопределенное время. Просыпаюсь от того, что кто-то трясет меня за плечо и растерянно поднимаю голову. Рядом с кроватью стоит маньяк. Не успеваю я произнести «отстань, я сплю», как он кидает что-то маленькое и оно приземляется возле моей головы.
— Твоя карточка, — произносит Хирург, — пин-код в конверте.
— Что за карточка? — не понимаю я.
— Которую твой муж заказал, — усмехается маньяк и уходит, а я растерянно поднимаю кусочек пластика. Сон как рукой смахивает.
* * *На карточке оказывается чуть больше пары миллионов и у меня начинает странно першить в горле до тошноты, когда я впервые захожу в онлайн-банк. Огромные деньги. На них годами жить можно. Ирония — при богатом отце я ни разу не держала ни в руках, ни на счетах хоть приблизительно похожую сумму.
В мыслях сразу раскручивается карусель из кроваток-колясок-парных одежек для близнецов, но я усилием воли себя останавливаю.
Я не хочу покупать эти вещи в ЭТУ квартиру. Нужно распорядиться деньгами с умом. Как? Да черт его знает.
Но для начала я заказываю себе немного вещей и косметику, чтобы не выглядеть совсем уж зачуханной. Появление той блондинки задело во мне что-то. Немножко отпинало чувство моего достоинства. Хотелось бы его вернуть.
Три дня без Садаева пролетают почти незаметно. Когда однажды ночью я просыпаюсь от того, что закрывается входная дверь, то понимаю, что Хирург свалил. Не могу сказать, что я сильно радуюсь этому. Он действительно не очень-то и мешал. Пересекались с ним мы редко, потому что я сидела в комнате, пытаясь собрать мысли в кучу и думать трезво, а он меня не отвлекал.
Лежа на диване под одеялом, которое я стырила в комнате Рустама, я отсчитываю время.
