И сразу же еще куча вопросов лавиной накатила. ""А вдруг во мне не осталось магии Хелен? И что тогда делать? А я, дура, напросилась в академию! А если магия есть, но действительно в зачатке где-то спит? И как ее вытащить? И как быстро надо вытаскивать? Вдруг скоро отсеют тех, кто провалил проверку на магию? До первого семестра?... А что..."".
Но кто бы ей на эти вопросы ответил! У халите Онде не спросишь, он даже не маг. В книгах ничего подобного она не встречала, даже на описание подобного артефакта-магометра не натыкалась.
И как искать нужную информацию, если местная библиотека даже без картотеки, не говоря уже о том, что нет возможности задать прямой запрос в общую информационную базу. ""Эх, и почему местные маги не додумались свою википедию создать?"" – вздохнула про себя Хелен.
– Эйра Бальмануг, сколько бы вы ни держали, изменений не будет, – уже совсем холодно добавил мужчина.
Вокруг раздались смешки. Хелен спохватилась, что она до сих пор стискивает шар, и отдернула руку.
Отошла от стола, уступая место следующему студенту в очереди.
Оглянулась, ища куда сесть. Некоторые из уже рассевшихся за партами студентов наблюдали за процессом тестирования, таращились и на нее.
– Эй, красавица, иди сюда! – окликнули ее. – Рядом со мной есть свободное место.
– Лучше к нам! – тут же раздалось с другого края аудитории. – А то у Боргака тебе придется ютиться на его коленях!
– Эй, не пугайте девчонку! – возразил через ползала первый.
– ...Раньше времени, ты хотел сказать? – заржали с еще одного ряда столов. – Да твоим именем матери уже давно своих дочек пугают!
Вцепившись в ремень сумки, что был перекинут через плечо, Хелен сжала губы и направилась в наиболее пустую часть аудитории. Когда она проходила мимо столов, головы парней как по команде синхронно поворачивались вслед за ней. Шепотки и следующие за ними взрывы хохота оставались за ее спиной, вытянутой максимально ровно.
Хелен уселась за пустую длинную парту и стала наблюдать, что же происходит с шаром на столе учителя.
Оказывается, артефакт всё-таки загорался. То ярче, то бледнее, то белым светом, то каким-нибудь блеклым оттенком. Причем студенты, под чьей рукой шар светился, расплывались довольной или снисходительной улыбкой. С такими Фердок перекидывался фразами подлиннее, чем с теми, к кому шар остался глух и нем.
Да, и такие студенты тоже были, причем не так уж мало.
