Но когда вернулся в торговый зал, мой странный посетитель заявил, что вынужден уйти и согласен сократить свои денежные требования вдвое. Я удивился, ведь это было ему явно невыгодно.
– Вы каким-то образом оформили сделку?
– Молодой человек отказывался от всех формальностей, но я все-таки настоял на том, чтобы он написал мне расписку в получении денег.
– Цель подобной расписки?"
"– Во-первых, я тянул время. Милиция должна была появиться с минуты на минуту. Во-вторых, преступник зафиксировал полученную от меня сумму.
Ну а в-третьих, вы получили образец его почерка. Разве это было не разумно?
Маленький ювелир бросил на прокурора взгляд, исполненный достоинства: «Ну, не молодец ли я?» Обвинитель воздержался от комментариев и предпочел вопрос:
– Ну а как вы удостоверились в его личности?
– Да никак, – развел руками ювелир. – Паспорта у него на руках не было, а его данные, оставленные в расписке, – Иванов Иван Иванович, очевидно, были ложными. Но разве у меня был выход? Ко всему прочему, этот тип наврал мне про сломанную руку и расписку написал левой рукой весьма корявым почерком.
– Итак, милиция приехала…
– Милиция приехала, когда на руках у меня остались часы и расписка. Преступника и след простыл…
– У защитника есть вопросы?
– Да, ваша честь. – Елизавета повернулась к свидетелю. – Вы не находите, что подсудимый по данному делу отличается незаурядной внешностью?
Ювелир оторопел от неожиданного вопроса и в недоумении уставился на судью. Однако тот, по всей видимости, был удивлен ничуть не меньше свидетеля, поэтому позволил защитнику продолжить допрос.
– На самом деле у него невероятно мужественное лицо, широкие плечи и мощный торс. Вы согласны? – в голосе защитника слышалось искреннее восхищение. Похоже, ей нравился ее клиент.
– Боюсь, я не совсем понимаю, что вы от меня хотите, – пробормотал ювелир.
– Ну, назовите сами какие-нибудь яркие, отличительные признаки его внешности, – предложила Дубровская.
– Так нет таких, – проговорил маленький человечек, в котором в эту минуту взыграло его мужское эго.
– Обыкновенная внешность, среднее телосложение, лицо… губы. Ничего примечательного!
– Ну, будьте же справедливы! – искренне огорчилась Елизавета.
Но ювелир вовсе не стремился быть объективным.
– Ничего особенного, по-моему. Встречу такого на улице, пройду мимо, даже не обратив внимания.
– Так-таки и пройдете?
– Абсолютно, так и поступлю, – фыркнул человечек.
