По сути, он заявил моей маме, что смерть Чарли на ее совести, поскольку мальчишка у нее отбился от рук. Отец спустил Тони с лестницы. Мама помирилась с Тони только после папиной смерти.
К облегчению Страйка, они вышли на Эксибишн-роуд и его хромота стала менее заметной.
— Как вы считаете, — спросил он, когда они переходили через дорогу, — между Лулой и Коловас-Джонсом что-то было?
— Тони просто исходит желчью, вот и все. Когда речь шла о Луле, он всегда предполагал самое плохое. Нет, Коловас-Джонс, конечно, был бы только рад, но Лула по уши влюбилась в Даффилда — на свою беду.
Их путь лежал по Кенсингтон-роуд, вдоль тенистого парка, и дальше через белоснежный квартал посольских резиденций и королевских колледжей.
— Как вы думаете, почему дядюшка не заглянул к вам поздороваться, когда зашел проведать вашу маму после выписки из больницы?
Бристоу съежился.
— У вас была какая-то размолвка?
— Нет… не совсем… — пробормотал Бристоу. — У нас в фирме сложилась очень напряженная ситуация. Я не… не имею права об этом рассказывать.
По соображениям конфиденциальности.
— Это было как-то связано с наследством Конуэя Оутса?
— А вы откуда знаете? — встрепенулся Бристоу. — Урсула проговорилась?
— Что-то такое упомянула.
— Боже праведный! Ни капли благоразумия. Ни капли!
— Ваш дядюшка даже представить не мог, что у нее язык без костей.
— Ничего удивительного. — Бристоу презрительно усмехнулся. — Это же… надеюсь, вам можно доверять… Это самый болезненный вопрос для такой фирмы, как наша. У нас клиентура… самого высокого ранга… так что любой намек на финансовые махинации просто смерти подобен.
Конуэй Оутс открыл у нас солидный клиентский счет. Все деньги в наличии, но его наследники — жадная свора: они утверждают, что при управлении счетом были допущены злоупотребления. Учитывая нестабильность рынка и невразумительность распоряжений Конуэя, особенно под конец жизни, пусть скажут спасибо, что им хоть что-то досталось. Тони сейчас страшно зол, и… как бы это сказать… он из тех, кто привык сваливать вину на других.
Начались скандалы. Мне тоже досталось. Тони не упускает случая меня пнуть.
На плечи Бристоу опустилась почти зримая тяжесть, и Страйк сделал вывод, что они приближаются к его конторе.
— Джон, я никак не могу выйти на пару-тройку нужных свидетелей. Не могли бы вы свести меня с Ги Сомэ? Его окружение стоит насмерть.
— Попробую. Сегодня же позвоню. Он обожал Лулу; наверняка с ним можно будет договориться.
— Дальше: родная мать Лулы.
