Хитрая девица учла почти все, кроме одного: она не предполагала, что на ее пути встретится Лампа. Ия Вадимовна, просившая меня найти убийцу дочери, мертва, но я все равно доведу дело до конца. Сейчас помчусь по нужному адресу и буду колотить в дверь, пока Алла не откроет. Возьму ее тепленькой, заставлю признаться. Убийца не ожидает разоблачения, а тут я, неотвратимая, как возмездие. Мне все известно, ясно и понятно… кроме маленькой детальки: кто послал Ии Вадимовне фото Зои? Какой в этом смысл?
Мой путь лежал в сторону метро «Алексеевская».
Да, да, надо именно сейчас побеседовать с Аллой! Если я хочу добиться от изворотливой преступницы признания, следует упасть ей словно кирпич на голову, совершенно внезапно.
Яна очень подробно описала дорогу, и я, абсолютно не путаясь в переулках, добралась до огромного здания и беспрепятственно вошла в подъезд. Затем поднялась на нужный этаж и стала звонить в двустворчатую дверь, на которой не было ни «глазка», ни камеры.
Изнутри квартиры не доносилось никаких звуков, там стояла полная тишина.
Я приложила ухо к косяку и почувствовала легкое дуновение ветерка – скорей всего, в апартаментах открыта форточка, по помещению гуляет сквозняк."
"Через полчаса бесплодного трезвона я вышла на улицу и задрала голову. Так, попробуем вычислить, где находятся окна квартиры, в которой жил Василий. Последний этаж, чуть левее входа в подъезд…
Ощущая себя домушником, который по внешнему виду рам подыскивает объект для ограбления, я внимательно изучила ряд окон.
На лестничной площадке было три двери, две находятся рядом, оставшаяся расположена напротив, та квартира явно смотрит не во двор, а на улицу. Между входами в подъезды двенадцать окон. Думаю, шесть принадлежат двум квартирам одного стояка, а в другие шесть – вход из соседнего парадного. Так, сосредоточимся на тех, что расположены ближе к подъезду с табличкой «2». Четыре рамы старые, форточки плотно закрыты, везде горит свет. Эта квартира явно трехкомнатная, на подоконниках видны горшки с одинаковыми геранями, и занавески сшиты в едином стиле, даже кухонная, белая с красным, украшена воланчиками.
А вот рядом два белых стеклопакета, никаких растений, одна рама чуть приоткрыта. Если вспомнить, что из квартиры Василия дуло, то, вероятнее всего, это его окна. Похоже, там никого нет, за стеклами не мерцает свет. Может, Алла еще не приехала?
Сжав кулаки, я вернулась в подъезд, снова приложила ухо к створке и напрягла слух.
