– Куда же я сейчас с ребенком?
Дядька долго смотрел на мать, потом вздохнул и сказал:
– Ну ладно, пристрою вас. Куда деваться!
Он подхватил чемодан и зашагал в глубь участка. Мать и Люба засеменили за ним. Они увидели одноэтажный небольшой дом с широким каменным крыльцом, выкрашенный белой краской.
– Здесь живу я, – сказал хозяин. – Отдам вам свою комнату.
– А как же вы? – удивилась мать.
– А я в сарае перебьюсь, – ответил дядька.
Они зашли в дом. В доме было прохладно и пахло лавровым листом.
Комната оказалась небольшая, но светлая, в три окна. На окнах вместо занавесок висела белая чистая марля. Стояли стол, сервант и две металлические кровати с блестящими шариками у изголовья, застеленные серыми солдатскими одеялами. На стене висели фотографии и репродукция картины Шишкина «Утро в сосновом лесу».
– Кухня за углом, керогаз заправлен. Погреб под кухней, покажу, – коротко чеканил слова хозяин. – Посуда в шкафу. Воду экономьте. С водой у нас туго. До моря десять минут с горы.
Базар в городе у станции. В общем, живите.
Мать поблагодарила хозяина. Он молча внимательно смотрел на нее. Потом, не говоря ни слова, вышел из комнаты. Мать села на кровать и попробовала пружинный матрас.
– Ну что, Любаня! На море? А уже потом будем устраиваться.
Люба радостно кивнула.
Они достали купальники и полотенце, переобулись и побежали на море.
Море Люба увидела, когда они спустились с горки. Оно было вовсе не синего, а серого цвета, и у него не было края и другого берега.
Люба остановилась, перехватило дыхание.
– Ну как, Любань? – смеялась мать, видя Любины растерянность и потрясение. Они сбежали с горки и сняли босоножки. Люба удивилась, что под ногами вовсе не песок, а мелкие серые камни.
– Галька, – объяснила мать.
Они скинули сарафаны и бегом бросились в воду. Любе было почему-то немного страшно – вода обжигала и показалась ей холодной. Она лизнула воду и удивилась – соленая. Мать поплыла вперед, а Люба все стояла по горло в воде и смотрела по сторонам.
Потом поплыла и она – осторожно, саженками, вдоль берега. Потом нырнула с головой и увидела песчаное дно и редкие крупные камни, лежавшие под водой.
На берегу мать, смеясь, спросила Любу:
– Ну, как тебе? Так, как ты себе представляла?
Люба пожала плечами.
– Не нравится? – удивилась мать.
– Нравится, что ты! Только мне надо к нему привыкнуть.
– Ой, Любка, странная ты у меня, – вздохнула мать.
