Она по-прежнему предпочитала короткие простые прически. Мужчина, шедший с ней рядом, был выше ее, с серыми глазами и уверенной походкой воина. Узы, которые их связывали, показались мне очень прочными, и я порадовался, что она наконец нашла свое счастье.
За ней шел герцог Келвар из Риппона, сгорбленный от прожитых лет, одной рукой он опирался на деревянный посох, другой на плечо жены. Леди Грейс превратилась в пухленькую женщину средних лет. Ее рука, лежащая на руке мужа, поддерживала его не только в прямом, физическом смысле.
Я обратил внимание на простое платье и украшения, словно она наконец почувствовала себя уверенно в качестве герцогини Риппона. Леди Грейс спокойно шла рядом со своим старым мужем, по-прежнему верная человеку, который забрал ее из крестьянского дома и сделал женой.
Герцог Шемши из Шокса некоторое время назад овдовел и потому шел один. В последний раз, когда я его видел, он стоял вместе с герцогом Браунди из Бернса перед моей камерой в подземелье Регала.
Он не проклинал меня, но и не бросил мне плащ, чтобы я мог согреться, как это сделал Браунди. Похоже, взгляд его остался по-орлиному цепким, и лишь чуть сгорбленные плечи говорили о прошедших годах. Он поручил войну с Калсидой дочери и наследнику, а сам решил принять участие в празднике по случаю помолвки принца.
Следом за ним появился герцог Брайт из Фарроу. Он сильно изменился, повзрослел, с тех пор как Регал возложил на его хилые плечи защиту Оленьего замка.
Теперь он стал похож на настоящего мужчину. Его жену я видел впервые. Миловидная стройная женщина, которая, поднимаясь на помост, ласково улыбалась другим гостям, как мне показалось, была вдвое моложе своего сорокалетнего супруга.
Наконец вошли герцог и герцогиня Тилта. Я не знал ни того ни другую. Три года назад по Тилту прокатилась кровавая лихорадка со смертоносным кашлем, унесшая жизнь не только герцога, но и его старших сыновей.
Я порылся в памяти в поисках имени дочери, унаследовавшей титул. В следующее мгновение менестрель объявил: «Герцогиня Флариш из Тилта и ее консорт, герцог Джауэр». Она страшно нервничала и от этого казалась еще моложе, а рука мужа не столько успокаивала, сколько удерживала ее на ногах.
Помост, отведенный для почетных гостей с Внешних островов и воинов, сопровождавших нарческу, ждал своего часа. И они появились.
