– Потом он все объяснил просто и спокойно: – В том мире, который я пытаюсь создать, ты жив. Я Белый Пророк, а ты мой Изменяющий. Линия Видящих сохраняет наследника и трон. Это один из многих фактов, но он является ключевым. В мире, к которому стремится Бледная Женщина, ты не существуешь. Ты умер. У Видящих не остается наследника. И нет отступника Белого.
Он закрыл лицо руками и продолжал говорить сквозь пальцы:
– Она планирует твою смерть, Фитц. Она очень тонко манипулирует людьми. Бледная Женщина старше меня, она действует более изощренно.
Она ведет ужасную игру. Хения служит Бледной Женщине – тут не может быть никаких сомнений. Я не понимаю ее замысла, не представляю, почему она предложила нарческу в жены Дьютифулу. Но я уверен, что Бледная Женщина стоит за плечом Эллианы. Она послала тебе смерть, а я попытался оттолкнуть тебя с ее пути. До сих пор нам удавалось предотвращать все ее замыслы. Но тебя спасала удача, а не мой ум. Твоя удача и… осмелюсь ли я произнести вслух?.. твоя магия. Вместе.
– И все же шансов на твое спасение все меньше и меньше.
И чем глубже нас затягивает в игру, тем выше вероятность поражения. В прошлый раз… прошлый раз обошелся нам слишком дорого. Я больше не хочу быть Белым Пророком. И не хочу, чтобы ты оставался моим Изменяющим. – Его голос превратился в хриплый шепот. – Но мы не можем остановиться. Только твоя смерть положит конец игре.
Он принялся отчаянно озираться, и я пододвинул к нему бутылку бренди. Он вытащил пробку и сделал несколько глотков прямо из горлышка.
Когда он поставил бутылку, я тут же ее взял.
– Но так делу не поможешь, – резко сказал я.
Он криво улыбнулся.
– Я не могу перенести еще одну твою смерть. Не могу.
– Ты не можешь?
Он отчаянно хихикнул.
– Теперь ты понимаешь. Мы в ловушке. Я заманил тебя в ловушку, мой друг. Мой любимый.
Я попытался осмыслить его слова.
– Если мы проиграем, я умру, – сказал я.
Он кивнул.
– Если ты умрешь, мы проиграем. Это одно и то же.
– А что произойдет, если я останусь в живых?
– Тогда мы победим.
Впрочем, шансов почти не осталось, а наше положение постоянно ухудшается. Почти наверняка мы проиграем. Ты умрешь. И на мир постепенно опустится мрак. И мерзость. И отчаяние.
– Не слишком ли ты оптимистичен? – Теперь я приложился к бутылке, а потом вернул ее Шуту. – А что случится, если я не умру? Если мы победим? Что тогда?
Он неохотно оторвался от горлышка бутылки.
– Что тогда? – Он блаженно улыбнулся. – Тогда мир будет продолжаться, друг мой.
