Поэтому, жить спокойно в моем случае означало контролировать ситуацию. А где можно контролировать, отслеживать чужой интерес и появление новых людей? В закрытом социуме, который будет у меня на виду. В тюрьму я не собирался, в монастырь — тоже, ну если только в женский.
Оставалась армия. Только вот маленькая проблема — там не ты контролируешь обстановку, а она тебя, да еще и при вступлении заставят выложить про себя все про все. Но было одно убежище, отвечающее моим критериям — Легион. Вот здесь никто не интересуется ни твоим прошлым, ни твоим настоящим именем — никому до мяса дела нет.
По крайней мере, так было во Французском Иностранном Легионе — а чем они отличаются? Судя по рассказам тех наших, которые там послужили под легендой резидентов других стран, вполне себе приличное место для пряток. Вот и спрячемся пока там. А что — анонимность и возможность контролировать ситуацию меня вполне устраивала. Ну а послужить — почему бы и нет?
Тем более, у меня была еще одна цель.
Хватит работать индивидуально, не тот случай. Пора заводить полезные знакомства и создавать свою команду. Некоторые задачи невозможно решить в одного, обязательно должны быть соратники и единомышленники. Искать их на гражданке — дохлое дело. А вот боевое братство — это другое. И там я смогу найти себе подходящих людей.
Поэтому, как следует набрав воздуха, я открыл дверь вербовочного пункта, задержал дыхание и сделал шаг вперед. В другую жизнь.
За столом вербовщика сидело два человека.
Один, очевидно, сам вербовщик — потому что был у центра стола, а второй то ли его приятель, то ли просто на огонек зашел. Развалился в кресле, что твой барин.
Вербовщик был колоритной фигурой, да вот только я бы его на это место не поставил. Распугает еще народ — зачем витрине славы и успеха шрам в пол-рожи и черная повязка на одном глазу? К тому же из-под стола выглядывала часть деревянного протеза ноги, что наводило на совсем грустные размышления. Как и засаленный когда-то парадный мундир Легиона с вылинявшими лентами медалей.
— О, мясо! — обрадовался он. — Что, желаешь вступить в Легион Его Величества? Ну проходи, садись, поговорим.
Второй, немолодой и седовласый уставился на меня с прищуром серых жестких глаз. Волчий, надо сказать, взгляд. Сам такой иногда практикую, чтобы показать, что со мной шутки плохи. И загар у него был интересный, весьма примечательный — такой я видел у наемников из Африки.
