– Да, причина была, – Мостовой опустил взгляд, – дело в том, что как раз в тот день я узнал, что какая-то девчушка из нашей тусовки погибла от руки маньяка.
– Кто вам это сказал?
– Не помню, да и неважно это. Просто говорили, что убили девочку, и вроде как она была нашей фанаткой. Я расстроился и почувствовал что-то вроде вины.
– Почему?
– Ну как… Понимаете, я пишу стихи и песни и, к сожалению, не могу без этого. Это главная необходимость моей жизни, и то, чтобы люди слышали меня, мне тоже очень важно. Только я никогда не хотел, чтобы мое творчество стало для кого-то образом жизни, понимаете? Я хотел помогать ребятам понять мир, но ни в коем случае не заменять его.
В конце концов, это всего лишь песни, и ради них совсем не нужно ни от чего отказываться. Нельзя мне с этого места говорить такое, но тем не менее: я подумал, что вдруг, если бы девочка не увлекалась моими песнями, то сидела бы дома и осталась жива. Получается, я, взрослый человек, пою о высоком и хорошем, а сам веду детей куда-то черт знает куда, как гаммельнский крысолов.
– Подсудимый, ваши духовные искания не имеют отношения к делу, – перебил Бабкин.
– Простите. Короче говоря, я был в расстройстве чувств и захотел сделать что-то хорошее, – усмехнулся Мостовой, – сделал. И вот я здесь.
Машинистка, обладательница заколки, и понятые, присутствовавшие при опознании Мостового, в суд не явились, чего и следовало ожидать. И так слишком долго все шло гладко. Ирина объявила перерыв на час, обязав адвоката принять надлежащие меры для обеспечения явки свидетелей.
Показания оперативника немного обескуражили ее: за всей этой суетой с заколками, опознанием и развенчанием мифа об изнасиловании несовершеннолетней Дементьевой она совсем забыла, что Кирилла взяли практически с поличным. Действительно, с чего бы вдруг ему заботиться о незнакомке? Да, в подворотне опасно, кто бы спорил, но в Ленинграде миллион таких подворотен. На каждом шагу. И в каждую то и дело сворачивает девушка. Всех не спасешь.
Допустим, он хотел познакомиться… Но почему выбрал для этого столь странное место? По показаниям оперативника, они около ста метров шли по сравнительно оживленной улице – тысячу раз можно было подкатить и спросить телефончик, пока девушка в окружении людей чувствует себя в безопасности.
Вдруг она ошибается, считая Кирилла невиновным? Среди кучи зыбких догадок есть два непреложных факта: Мостовой приставал к девушке в глухом дворе – раз, и в кармане у него был нож – два.
