Выздоровела?
- Сам он больной… по жизни, - пыхчу возмущенно, выбираясь из пледа, но каким-то образом запутываюсь еще сильнее.
Разливаю чай, роняю кружку, следом с колен слетает ноутбук, с которым я мысленно прощаюсь, даже не пытаясь спасти. У меня сейчас другая цель - счастливая, красивая, кучерявая...
Раскинув руки, я ловлю запрыгнувшую на меня девочку. Смеюсь, расцеловывая ее румяные после мороза щеки, а следом мы обе вскрикиваем, потому что старое кресло-качалка все-таки не выдерживает. С грозным треском и скрипом оно заваливается назад, ломается - и мы с Маруськой в обнимку оказываемся на земле.
Я - вверх тормашками, она - на моей груди, цепко обхватив меня ладошками за шею.
- Осторожнее, девочки, - причитает мама, суматошно подбегая к нам. - Ах, а что это за чудесная малышка у нас в гостях? Олег Геннадьевич, познакомите? - восхищенно щебечет, в то время как Высоцкий что-то бухтит себе под нос, обеспокоенно изучает меня, распростертую на полу, и ускоряет шаг.
- Здравствуйте, меня зовут Мария. Для вас просто Маруська, все родные меня так зовут.
Я – дочка папы Олега и мамы Саши, - тараторит она, слезая с меня и поправляя дубленку. – Я могу побыть вашей внучкой, пока родители не принесут мне братика или сестру.
Святые драцены, что лепечет это милое дитя? Неужели Высоцкий надоумил?
- Марусь? – ошеломленно попискиваю, приподнимаясь на локтях. Ноги путаются в пледе, и я не могу встать. Застряла в разломанном кресле, как гусеница, которая никак не превратится в бабочку.
- Боже, какая прелесть! – восклицает мама, очарованная крохой.
На минуту даже о Высоцком забывает, который мрачно рассматривает меня свысока. - Идем на кухню, я тебя пирогом с маком угощу. Будешь?
- Это же мое любимое блюдо, - маленькая актриса театрально прижимает ручки к груди, а наивная «бабуля» верит и плавится от удовольствия. Она всегда говорила, что любит детей с хорошим аппетитом. - Белиссимо!
Не вижу, как они уходят в дом, потому что обзор заслоняет мрачная тень. Окинув меня непробиваемым взглядом, Высоцкий наклоняется и подает мне руку.
- Ну, чего разлеглась? – нахально бросает. - Я тебе новый телефон купил, потому что старым ты, видимо, гвозди забиваешь. Хрен дозвонишься! – отчитывает меня строго. - Я со вчерашнего вечера линию обрываю.
- Зачем? – тихо покряхтываю, как древняя старушка, и беспомощно хватаюсь за его рукав.
- Александра, у нас презентация проекта сегодня, - крепче сжав мое запястье, дергает на себя. - Через три часа нас ждут телевизионщики.
